Девочка Дьявола. Без иллюзий. Книга четвертая (СИ)_

Дон Агустин переговорил с женой, она что-то бросила бармену, а уже через минуту вновь прибывшие гости по приглашению доньи Долорес направились на открытое пространство, где по правую сторону от ресторана раскинулись бассейн и открытая зеленая площадка одноименного пляжного клуба “Trocadero”. Официанты с прытью кузнечиков начали ставить столы на подстриженный газон у самого моря под пальмами и сервировать столы к приходу новых гостей.

— Собери волосы, — тихо бросил Ричард и, более ничего не сказав, направился вместе с другими мужчинами к морю, оставляя меня в ресторане.

Убирая локоны в косу, я посмотрела ему вслед, пытаясь понять, были ли распущенные волосы и мой танец единственным поводом для недовольства, но рядом шел Назари, который что-то говорил Ричарду, и я не могла настроиться на нужную волну.

Я наблюдала, как мужчины расселись за большим столом и продолжили свой разговор; официанты быстро, но с достоинством обслуживали гостей, бегая с кухни к морю с подносами, а донья Долорес, как хозяйка всего этого безобразия, руководила процессом.

Наши столы внутри ресторана тоже не оставили без горячего, и минут через пять все ломилось от еды и аппетитных запахов специй. Но мне было не до еды — в голове роилась масса вопросов и не очень приятных воспоминаний о Назари.

— Холодно у моря, а они захотели поговорить, чтобы им никто не мешал, — отвлекла меня от мыслей Лола. — Не наговорились за весь день. Дружеский ужин перешел в деловой.

— Наверное, все ограничены во времени… — предположила я, зная жесткий график Ричарда, но насчет погоды промолчала, зная, что моему "Северу" испанский бриз был не страшен.

— Да, так Агустин и сказал, — подтвердила Лола, правда я не увидела в ее настроении недовольства по поводу того, что мужчины уединились, а не остались вместе со всеми гостями. — Могли бы сесть и у внешнего бара, там не так дует, — лишь добавила она, бросая взгляд наружу.

С одной стороны, я была рада, что Назари не будет мелькать у меня перед глазами и улыбаться как хитрый Лис, задавая вопросы, но с другой — я хоть что-то могла бы выяснить из общих разговоров.

Я внимательно посмотрела на Лолу, которая уже выкладывала мне на тарелку лобстера, и аккуратно поинтересовалась, желая узнать как можно больше о приезде Назари.

— Здесь много новых гостей из вновь прибывших. Не всех видела на приеме в Пуэрто-Банусе.

— Да, подъехали партнеры мужа из Картахены и азиатский партнер вашего новио. Дон Амир.

— Вы с ними давно знакомы? — уточнила я.

— Дон Ричард в феврале присылал его и дона… — она задумалась на секунду, — Дугласа.

— Поняла, — улыбнулась я.

“Без контроля дона Дугласа не обошлось”, — заработала моя мысль с удвоенной скоростью.

— Кстати, завтра они вылетают по делам в Мадрид…

— Ясно, — вздохнула я, понимая, что опять толком не увижу Ричарда.

Вероятно, поймав мою грусть, которую я не скрывала, Лола улыбнулась и, потрепав меня по щеке, как свою младшую дочь Лурдес, подбодрила:

— Всё образуется.

— Да, — улыбнулась я.

— Агустин тоже часто ездит, — махнула она рукой. — Я раньше очень на него обижалась.

— Почему? — удивилась я.

— Мы, андалузцы, не привыкли к такому режиму, — пожала она плечами и перескочила на другую тему, что тоже было в испанском стиле: — Но что ж вы ничего не едите!

— Увлеклась интересной беседой с вами, — улыбнулась я и перевела взгляд на стол, который официанты уже успели заставить блюдами.

И иберийский пир начался. Сказать, что испанцы ели много — не сказать ничего.

Здесь была не только знаменитая паэлья с лобстером и морепродуктами. Я попробовала и пряный “качорреньяс” — суп из моллюсков с апельсиновой цедрой и хлебом, и кусочек ароматной “пескадо а ля саль” — запеченную в соли рыбу под восхитительным соусом из зелени, но от “Альмехас ен сальса роха” — мидии в красном соусе — отказалась, сколько меня не уговаривала Лола.

Как только вновь заиграла музыка и три испанские грации вышли с очередным танцем теперь уже на террасу, донья Долорес вновь поднялась со стула и посмотрела на меня. Но во второй раз мне не составило труда отказаться.

— Простите, я немного устала от поездки, и ваше угощение было настолько сытным, что мне сложно сейчас танцевать.

Я, конечно, лукавила — учитывая реакцию Ричарда, а также то, что многие мужчины развернулись в сторону музыки, я не хотела повторения “Никки” с его последствиям. Меньше всего на свете я желала неприятностей для своего мужчины — вероятно, еще и поэтому он так отреагировал, видя в подобном поведении непредвиденные последствия. “Чёрт его знает, какие еще люди приехали на этот ужин”, — мысленно скривилась я, и мне совсем не хотелось, чтобы меня щупал взглядом Назари или другие мужчины.

Улыбнувшись, Лола со словами “отдыхай, кариньо” покровительски похлопала меня по плечу и пошла танцевать с Терезой, оставив меня на некоторое время со своими мыслями.

Я иногда посматривала на обширный ярко освещенный газон, где за столом сидели мужчины на фоне темного моря, и, вспоминая слова Лолы о Назари, сделала вывод, что его приезд был запланирован непосредственно самим Барреттом.