Поцелуй меня, любимый

— Как же так? — шептала Милада-степняк, не в силах сдержать свои слёзы. — Что же ты, дурочка, наделала?  

— Я счастлива, — прошептала Чанлиф, касаясь щеки пранадармца. — Лучше так! Поверь!

Вахид растолкал воинов и принцев и бросился к своей дочери, опустился на колени рядом со степняком и стащил с головы дочери платок.

— Доченька моя! Ну, заче-е-ем? — простонал он. 

Чанлиф холодно взглянула на своего отца и тихо проговорила: 

— Прости, отец, но товар испорчен, — с нежной улыбкой взглянула на степняка и закрыла глаза.

Глава 19

— Ваше Высочество, — доносилось откуда-то издалека. — У вас всё получилось. Принцесса назвала вас своим избранником. На завтра назначен обряд!

— Сван, — скрипучим голосом позвала Милада лишь только открыла глаза. — Что с Чанлиф? 

— Говорят, умерла, — Сван едва смог это произнести, отводя свой взгляд; он знал, что для их принцессы это будет большим ударом, тем более, благодаря именно этой девушке она до сих пор была жива. 

— Как умерла? — Милада резко села и скривилась от боли, откинула тонкое покрывало и уставилась на грубо зашитую рану на бедре, осмотрела руку и тихо спросила: — Кто меня лечил? — Настолько неумело были наложены швы, что закрадывалось подозрение, что врачевали её воины. 

— Приходили лекари от правителя, — быстро ответил Сван, подходя к кровати и разглядывая рубцы на теле Милады-степняка. — Они промыли раны и наложили швы. Ещё приказали, чтобы мы вам дали вот эту настойку, мол, она придаст сил, и вы завтра сможете явиться на самое важное событие в вашей жизни. 

— Сван, прикажи своим воинам, чтобы они больше никогда никого ко мне чужого не подпускали! — Милада спустила ноги и дотянулась до стакана с водой, с жадностью выпила его залпом и налила ещё; она знала, что так обычно бывает при большой потере крови, и сейчас надо было пить много воды.   

— Ваше Высочество, — начал Сван. — Вы истекали кровью и не приходили в сознание. Что нам оставалось делать? Мы даже обрадовались, когда правитель прислал своих лекарей. Кстати, весь коридор заставлен корзинами с цветами и угощением для вас, а под балконом собрались девушки и ждут, пока им сообщат, что вы пришли в сознание. 

— Я хочу, чтобы вы узнали, что стало с Чанлиф! — потребовала Милада, игнорируя последние слова командира.  

— Хорошо. Завтра сделаем.

— Нет, сейчас, — потребовала Милада. — Отправь воинов, пусть стучатся в каждую дверь, останавливают прохожих, но узнают точно, что случилось с племянницей правителя. — Без сил рухнула на подушки, уставилась в балдахин над головой, думая про себя: “Да, я хотела вызволить Невера из плена, но не такой ценой!” Она чувствовала, как её сердце медленно рвётся на маленькие кусочки и как эта боль комом поднимается к горлу, не давая вздохнуть полной грудью. Ей хотелось вскочить и выбежать на балкон и кричать, кричать, пока не станет легче. “Нужно обязательно узнать, что с ней стало!” А вслух тихо произнесла: — А я пока займусь собой. — Вытерла набежавшие слёзы. — И найди что-нибудь, чем можно будет срезать эти нити. От шрамов теперь уж точно не получится избавиться, но хотя бы залечу раны. — И совсем тихо добавила: — Надеюсь, когда верну свой прежний облик, вместе с этим телом исчезнут и эти шрамы.