Лебединый замок (СИ)

А незнакомец решительно двинулся к нему вперед, и Карл, наконец, узнал его.

- Фабиан! – хрипло произнес он. – Как ты здесь… оказался?

- Фон Плетценбург! – произнес тот без особого удивления, как будто ожидал увидеть здесь Карла. – Ты-то мне и нужен!

- Фабиан! – растерянно повторил Карл. – Фабиан…

Тоска, печаль, страхи, уныние в мгновение ока были смыты мощной волной радости: Фабиан здесь! Рядом. Фабиан! Карл замер, не в силах оторвать глаз от своего наваждения, своего демона, во власти которого находился и от власти которого не желал освобождаться.

А Фабиан приближался к нему и Карл, наконец, заметил, что его лицо было испачкано грязью, платье разорвано.

- Что с тобой? – спросил Карл. – Фабиан, что происходит?

- Неважно! – ледяная рука Фабианалегла на горячую руку Карла, и тот вздрогнул. – Мне нужно в столицу.

- В столицу… - повторил Карл, словно не понимая смысла этих слов.

- В столицу, - насмешливо повторил Фабиан. – Ты знаешь, что это такое? Это главный город королевства. Довольно большой город. Но пошлый и скучный. Так вот, мне надо именно туда. Причем, как можно скорее.

- Но у тебя нет лошади…

- Зато она есть у тебя, фон Плетценбург! И это очень кстати, - Фабиан с силой дернул Карла за руку, словно собирался стащить его с лошади.

- Уж не хочешь ли ты сесть на моего коня? А мне что тогда прикажешь делать? Остаться здесь? – Карл, наконец, пришел в себя, он пытался говорить высокомерно, но чувствовалось, что он и впрямь опасается подобного поворота событий.

- Так было бы лучше всего, - Фабиан посмотрел на него с непередаваемым презрением. – Но не переживай, мой пугливый граф, я тебя здесь не оставлю. Так и быть, мы поедем на твоей лошади вдвоем.

- До столицы? Да ты в своем уме? Туда скакать и скакать!

- Глупец! До ближайшего постоялого двора! Там купим еще одну лошадь.

- А если не купим?

- Значит, ты останешься там, а я поеду дальше один, на твоей лошади.

Карл открыл было рот, но ему больше не дали сказать ни слова.

- Ну же, скорее! Времени нет! Я должен был вернуться в столицу еще до заката, а сейчас уже ночь!

И Фабиан быстро и ловко вскарабкался на круп лошади позади Карла.

- Гони же! – крикнул он, обхватив Карла руками. – Гони!

Граф послушно вонзил шпоры в коня. В объятиях Фабиана, даже верхом на лошади, он таял, забывал обо всём. Он вдруг подумал, как мало надо для счастья. Всего лишь скакать на коне и чувствовать, как сзади прижимается к тебе, крепко обнимает тебя тот, кто сильнее, сильнее, мужественнее. Твой любимый. Пусть даже и не любящий, но любимый! Карл вздохнул, на глаза у него навернулись слезы. Он сейчас всё отдал бы за то, чтобы вот так скакать, скакать, скакать, до бесконечности… в объятиях Фабиана. И когда он почувствовал, как губы Фабиана прижимаются к его затылку и целуют его, то едва не задохнулся от счастья.

Через полчаса они достигли одинокого постоялого двора, где их появление вызвало переполох. Да и кто бы не удивился, увидев двух мужчин, в которых легко угадывались знатные господа, но при этом с перепачканными лицами, в грязной, разорваннойодежде, да еще сидящих на одной лошади. Впрочем, изумление быстро сменилось подозрительными взглядами. Однако горсть золотых монет, которую Фабиан достал из кошелька, заставила хозяина быстро подать кувшин воды, чтобы умыться, а главное – продать коня.

Им отвели небольшую комнату, чтобы они могли привести себя в порядок.

- Мы не задержимся, - произнес Фабиан, - точнее, я не задержусь. Ты же можешь оставаться в этой дыре хоть до утра.

- Что мне здесь делать, скажи на милость! – возмутился было Карл, но тут же замолчал, встретившись взглядом с Фабианом.

Карлу был хорошо известен этот взгляд: спокойный, властный, гипнотизирующий.

Не говоря ни слова, Карл шагнул к Фабиану, опустился перед ним на колени и принялся развязывать шнурки на узких панталонах.

Он чувствовал, как под панталонами все набухло. Карл приоткрыл рот, сердце его учащенно забилось. Он позабыл обо всём, он хотел только одного: принадлежать Фабиану. А тот смотрел на него сверху со странной улыбкой. В этой улыбке не сей раз не было презрения, но было желание, смешанное со странной грустью. О чем грустил Фабиан – знал только он один.

Карл, приспустив панталоны Фабиана, прикоснулся к его литому члену и уже готов был взять его в рот, как вдруг получил затрещину. Он не вскрикнул, не возмутился, лишь поднял глаза и умоляюще посмотрел на Фабиана. А взгляд Фабиана снова стал спокойным, властным и безжалостным.

Именно эта безжалостность сводила Карла с ума. Именно по этой безжалостности он тосковал долгие годы, и ее не могли заменить самые изысканные ласки венценосного любовника, самые изощренные игры в королевской постели. Этот безжалостный взгляд в один миг обесценивал всё остальное. Ради этого взгляда Карл был готов на всё.

Фабиан поиграл со своим членом, высокомерно позволяя Карлу налюбоваться им: таким близким и таким недоступным. Карл умоляюще сложил свои красивые белые руки, но Фабиан лишь холодно и насмешливо улыбался. Карл провел кончиком языка по губам, давая понять, что изнемогает. Он и впрямь изнемогал от желания, каждая секунда промедления была для него пыткой, по изнеженному телу пробегала дрожь. А Фабиан наслаждался этим зрелищем, он видел, что испытывает Карл, и эти муки доставляли ему наслаждение. Да, это была пытка, пусть и не физическая, но от того не менее мучительная.