Время не властно [Timeless]

Закнафейн пожал плечами.

– Не буду отрицать, она очень искусна, и немногие практикуются более прилежно, чем она. – Воин не сумел подавить слабую улыбку, и Джарлакс, заметив эту трещину в его «доспехах», рассмеялся вслух.

– Тогда в чем же дело, друг мой? – спросил Джарлакс. – Ты попал в Дом, намного превосходящий Симфрэй, в Дом, который заслужил внимание могущественных семей, а с другой стороны, имеет достаточно весомых союзников, чтобы его в случае чего не стерли с лица земли. Твоя звезда взойдет вместе со звездой Дома До’Урден. Мать Мэлис достаточно амбициозна, так что в ближайшее время тебя ждут битвы – в конце концов, она забрала тебя в свой клан ради твоего меча и… кинжала, – добавил он и состроил двусмысленную гримасу. Закнафейн раздраженно закатил глаза. – Чтобы ты стал воином и отцом ее детей. Так отчего же ты хандришь? Почему Закнафейн покинул дворец До’Урденов сегодня ночью, бродит по Вонючим Улицам, пьет эль и вино, далеко уступающие содержимому погребов Матери Мэлис?

– Ты попросил меня встретиться с тобой здесь, – сухо напомнил ему Закнафейн. – Как обычно.

– Верно, верно. Но зачем ты пришел? Ты ничем не обязан мне, ты говоришь, что мы не друзья.

– Ты платишь за выпивку.

– Ах так! Но, как я уже упоминал, в Доме До’Урден ты можешь найти более качественную выпивку. Я уверен, что Мать Мэлис обеспечит тебя всем, что ты попросишь, если только ты не станешь напиваться до бесчувствия и не лишишься способности ублажать ее.

– Мэлис сделала из меня вывеску Дома До’Урден, – выпалил Закнафейн, и Джарлакс получил ответ на все свои вопросы.

Он отметил, что уже второй раз Закнафейн говорит о Мэлис, не называя ее титула, а ведь подобное неуважение каралось смертью в Мензоберранзане, где верховные матери считались священными особами.

Итак, Закнафейн изнывал от скуки, несмотря на удовольствия, которые предлагались ему в спальне Матери Мэлис. Да, действительно, он служил «вывеской», он расхаживал по внешним балконам Дома До’Урден, демонстрируя всем новое могущественное приобретение Матери Мэлис. Это зрелище было призвано напоминать остальным Домам – честолюбивым низшим Домам, Домам, равным До’Урденам по положению, а также могущественным и безжалостным правящим кланам – о том, что нападение на До’Урденов может обойтись очень дорого.

Но Джарлакс понимал, что Закнафейна не интересовала сама по себе защита Дома До’Урден (точно так же, как прежде – оборона Дома Симфрэй); он воевал с врагами лишь ради самосохранения. Закнафейн не считал, будто обязан умереть за Мать Мэлис или за кого бы то ни было еще, и отсутствие целей и интересов в жизни угнетало его. Тот факт, что он очутился в Доме с более стабильным положением по сравнению с мелкими кланами вроде Симфрэй, в Доме, который относительно редко сражался с другими, не слишком радовал Закнафейна.

Джарлакс улыбнулся, пристально изучая лицо воина; он вспомнил его горящий взгляд во время сражения за Дом Симфрэй. Тот, прежний Закнафейн никогда не сидел бы с таким скучающим и унылым видом, как сегодня вечером в таверне.