Барбарелла, или Флорентийская история
- Автор: Кальк Салма
- Серия: RS #11
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Барбарелла, или Флорентийская история». Краткое содержание книги:
Чтобы найти ответы на вопросы, отцу Варфоломею, а также Себастьену, Элоизе и некоторым другим придётся отправиться во Флоренцию и пойти там в музей
— Кто эти люди, отец? — спрашивает молодой человек с воротником.
У него тоже есть клинок, и он достал его, и готов пустить в дело. Элоиза замечает, что их качественно окружили.
— Моё имя Себастьяно Савелли, — сообщает монсеньор герцог. — Обстоятельства таковы, что наша встреча была неизбежной. Более того, нас сюда пригласили.
— Неужели ты? — Пьетро делает едва заметный знак и человек в сером мундире хватает несчастного Кристофори за воротник и тащит к их живописной группе.
— Нет, нет, это не я, я ни слова им не сказал, — бормочет тот.
— Сын мой, ты чего тут самоуправствуешь? Вылез, понимаешь ли, из картины, и думаешь, что всё можно? Изыди обратно! — Варфоломей отмер и принялся щедро осенять всех присутствующих крестным знамением.
— Отче, успеешь ещё, — Марни улыбнулся одними губами.
Элоиза смотрит по сторонам, видит вокруг гнев и раздражение, и вдруг вспоминает. Вспоминает такое, что невольно улыбается. Да-да, картины. И люди, которые из них выходят. Иногда.
Её полувсхлип-полувздох слышен, Себастьен ведет локтем, она шепчет:
— Монсеньор, я вам потом расскажу…
— Вы понимаете, что можете не выйти отсюда? — спрашивает Пьетро.
— А вы понимаете, что я пока не готов воспринимать вас серьезно? — спрашивает Себастьен.
Он легко принимает клинок — клинком, небольшим, видимо из рукава, и брови его взлетают наверх, и вдруг Пьетро опускает руку и хватается за горло.
Карло стоит возле портрета, и у него тоже в руке клинок. И этот клинок касается портрета как раз в том месте, за которое схватился стоящий Пьетро.
— Карло, что ты делаешь, это же прекрасная старинная картина, — стонет Асгерд и зажмуривается.
— Стойте, да стойте же! Пьетро, прекрати немедленно! — доносится от дальнего входа в зал. — Это я их позвала! Я! Убей меня, если хочешь! Только поздно. Они уже здесь, и они сами обо всём догадались.
И в их тесный кружок влетает, подобно хорошо нацеленному ядру, она. Она прелестна — совершенное лицо, нежная кожа, рыжие локоны, утянутая жестким корсажем пышная грудь. На груди трепещут жемчужные нити, глаза метают молнии. В руках — корзинка с осьминогом.
Барбарелла Бальди собственной персоной.
— Ты? — Пьетро оборачивается, смотрит, как будто он в тот момент не видит никого, кроме неё. — Ты?!
— Да. Это была единственная моя возможность оказаться сегодня здесь, — она тоже смотрит только на него, её ресницы трепещут, она то и дело опускает взгляд. — Ты помнишь, как в прошлый раз написал записку о том, что портрет Джиневры — подделка?
— Помню, — кивает Пьетро. — И что с того?
— Записку нашли не так давно и заинтересовались портретом. Вот этот святой отец, — Барбарелла кивает на Варфоломея. — Он очень много знает и про картины, и про нас. Он рассказывал мою историю, и ни разу не приврал и не ошибся!
Варфоломей снисходительно улыбается.
— Дочь моя, мне незачем искажать факты, и я стараюсь не допускать ошибок в моей научной работе. Роберто Казолари был моим уважаемым коллегой, и он много рассказывал мне в том числе и обо всех вас.
— Так это вы теперь на месте господина Казолари? — Пьетро хмуро смотрит на священника.
— Нет, сын мой, не я. У меня своя ответственность и свои картины. Но Патрицио Маркони попросил меня о консультации.
Пьетро смотрит на Барбареллу. Та пожимает плечами. Ставит корзинку на стул у стены и возвращается к ним.
— Наверное, это человек, который здесь вместо Роберто? Мы можем спросить Мауро, он должен знать. Мауро, ты ведь расскажешь нам? — она поворачивается к тяжело дышащему господину Кристофори, которого до сих пор держит молодой человек в сером мундире. — Габриэле, он не нарисованный, он настоящий, он может перестать дышать! Отпусти его!
Габриэле смотрит на Пьетро. Тот кивает. Мауро Кристофори свободен и отдышивается, но у него за спиной стоит Пьетро-младший.
— Сын мой, ты можешь дышать? У тебя с собой твоё лекарство? Врача-то мы и не захватили, — беспокоится Варфоломей.
— Могу, — сипло говорит тот, отдышавшись. — Всё правда, Патрицио нашёл записку, решили обратиться к специалистам музеев Ватикана, конкретно к господину Диаманте, то есть к отцу Варфоломею. Он приехал сюда сам, изучил портрет, сообщил, что это плохая подделка, и спросил, каким местом мы на него смотрели так долго. Господин директор очень огорчился и заключил договор на экспертизу двадцати полотен из коллекции. В итоге госпожа Барбарелла отправилась к ним в Рим, а сюда приехала госпожа Джованнина, вот она, вы все её видели, наверное, она здесь была две недели. А потом, три дня назад, я был в Риме по делам, и отец Варфоломей сказал, что нужно поговорить. Я приехал к ним, а они мне стали зубы заговаривать, про портреты, да как они выражают свою волю. Но я ничего им не рассказывал! И я не знаю, что ты там у них устроила, что они сами обо всём догадались!