Шеф-повар придорожной таверны
- Автор: Коваль Кирилл
- Язык: русский
- Жанр: Попаданец
Электронная книга - «Шеф-повар придорожной таверны». Краткое содержание книги:
— Держите, держите кто-нибудь, — пронзительно закричала рыбачка и Млат стремительно прошмыгнул мимо дернувшегося Овера и прыгнул плашмя, придавливая рыбу.
— О! Молодец! — Похвалила Маша нашего друга, грустно взирающего на мокрую и пахнущую рыбой рубаху, — Как настоящий герой прыгнул!
— Подумаешь, — ворчливо буркнул Овер, глядя на расцветающего от похвалы Млата, — Если бы он мне не помешал, я бы ее сам поймал. Руками. Не пачкаясь. Ого какая большая! Ни разу такого не ловил!
Рыбина была как мой локоть и ладонь и весил, наверное, как шесть вьюнов. Таких хариусов и правда ни разу не ловили, почти вдвое больше обычного…
— Новичкам везет, — спокойно прокомментировал Герес, закидывая наживку в тоже место.
— В одном месте два не будет, — авторитетно заявил Млат, направляясь к перекату чуть выше по течению, но Герес дождавшись прохода снасти, повторил заброс.
Я же обновил наживку у Маши и закинув рыбу в плетеный садок, повел ее чуть ниже. У очередного переката, показал ей куда забрасывать и сам закинул рядом.
— И-и! Ай, ты чего на меня то! Ай!
Оглянувшись, я с трудом сдержался, чтобы не засмеяться. Маша, поймав еще одного небольшого хариуса, пыталась схватить его рукой, но при этом слишком задирала удочку и рыба стремительно приближалась к ней, чего девочка старалась не допустить и извиваясь — уворачивалась, тем самым сильнее раскачивая рыбу на леске, делая ее полеты более непредсказуемыми.
— Ну она просто такая холодная, скользкая, мокрая… — извиняющимся тоном объяснила свое поведение льера, когда я подскочив поймал рыбину и снял ее с крючка.
— А как ты дома снимала?
— А мне дедушка снимал. Или дядя Миша.
Опять забылся, кто она. У нее похоже даже специально человек на рыбалке ходил, рыбу снимать и наживку цеплять. Сейчас такой человек похоже я…
Четыре часа спустя, пройдя версты три вниз по течению, остановившись на каждом перекате, мы все дружно уминали взятую с собой еду, расположившись на пригорке, где сдувало ветерком всякую кровососущую живность. Вроде обычная еда, а такая безумно вкусная, когда ешь в лесу.
— Ну что, у кого сколько поймано? — Начал дежурный вопрос Млат, — у меня одиннадцать.
— У меня девять, — с набитым ртом пробормотал Герес.
— Четыре, — надув губки, мяукнула Маша, выстраивая слоеный пирог из хлеба, сыра, кусочка окорока, листьев зелени и соленого огурца
— Двадцать четыре, щенята! — скинув рубаху и падая на траву, победоносно провозгласил Овер, скашивая глаза в сторону Маши, но безрезультатно. Кусты, камни и трава по пояс уломали нашу неугомонную. Девочка с нескрываемым облегчением развалилась на траве и все ее мысли сейчас занимал отдых и еда.
— Девять, — признался я, и тоже налег на еду, опасаясь оставлять ее надолго без внимания в присутствии Гереса…. и пожалуй Маши. куда в такое маленькое тело влезает столько еды?! Вот опять она…
— Овер, разрежь мне вот так, пожалуйста. А почему только у тебя одного нож, а у других нет?
Млат с Гересом тут же покраснели.
— Потому что я уже мужчина, — горделиво ответил Овер, нарезая ей хлеб, сыр и окорок тонкими кусочками. А после и вовсе подавая его ей, чтобы она резала как ей хочется.
— Э-э… это как связано?
— Ну, понимаешь, когда парень совершает определенное действие и отец или другой старший родственник в семье признают его достойным для мужчины — они дарят ему нож. Чтобы все знали, что парень теперь считается мужчиной.
Маша стремительно покраснела, даже уши и шея.
— И что отец это видит?! — широко распахнув глаза уточнила девочка.
— Ну или отец или дед, например. Или достоверные видаки им поведают.
— Ох, ну у вас и нравы… То вроде нормальные, то дикари дикарями…
— Ой! Кто бы говорил, девочка в штанах, которая боиться ежиков, — не удержался от колкости, непонятно с чего обидевшийся Млат
— Млат, помолчал бы… Тихо! Слышите? — Насторожился вдруг Овер и мгновенно посерьезнел.
— Что, очередной ежик? — хмыкнула Маша, но тут же осеклась, тоже что-то услышав.
Я и остальные, как не прислушивались, но кроме журчания ручья и шелеста листьев ничего не услышали.
— От туда, — вроде, махнул рукой Овер, указывая в сторону орешника, за нашими спинами.
— А мне казаться от туда, — от волнения Маша снова начала коверкать слова, указывая чуть левее от того, что указал сын охотника.