Семь страниц из истории русской музыки
- Автор: Шорникова Мария Исааковна
- Год: 2012
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-222-18752-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Семь страниц из истории русской музыки». Краткое содержание книги:
Автор — музыковед Ростовского академического симфонического оркестра, заслуженный деятель Всероссийского музыкального общества, заслуженный работник культуры Российской Федерации Мария Шорникова.
Книга предназначена для любителей русской музыки самого разного возраста.
Беляев же загорелся желанием приобрести исключительные права на издание всех произведений Глазунова и выкупил то, что Глазунов уже продал другим издателям. Для издания произведений Глазунова Беляев основал собственное дело, но не в России, а в Лейпциге, закупил передовую технику и зарегистрировал фирму под названием «М. П. Беляев».. Она стала передовым русским нотным издательством, где тщательно и красиво издавались все сочинения Глазунова (первой была издана «Увертюра на греческие темы»). И не только его. Этой фирмой издано за двадцать лет огромное число русских музыкальных сочинений, начиная с романсов и кончая симфониями и операми (в 1902 году Беляев пожертвовал в Императорскую публичную библиотеку 582 тома своих изданий). Эта сторона деятельности Беляев потребовала: расхода в несколько сот тысяч рублей, о возврате которых он и не мечтал. Все издания Беляева отличались изяществом и сравнительной дешевизной: элемент коммерческой прибыли в этом вполне идейном предприятии совершенно отсутствовал. Авторы издававшихся Беляевым музыкальных сочинений получали от него гонорар, нередко гораздо больший, чем давали другие издатели. И помимо этого Беляев постоянно, в самых различных формах, оказывал материальную поддержку музыкальным деятелям.
В начале 1880-х годов появилось очень много новых русских произведений для оркестра. Беляев решил организовать постоянные концерты, в которых ежегодно исполняли бы несколько программ исключительно из сочинений русских композиторов. М. П. Беляев устроил 27 марта 1884 года закрытый концерт из сочинений Глазунова под управлением Римского-Корсакова и Г. О. Дютша. Этот концерт положил начало постоянному учреждению — «Русские симфонические концерты», существование которых Беляев обеспечил навсегда.
Эти. «Русские симфонические концерты» устраивались с декабря 1885 года в течение тридцати лет. На каждом концерте исполнялось новое оркестровое произведение Глазунова, который сочинял так быстро и много, что никогда не давал повода нарушить это правило.
На первом «Русском симфоническом концерте», в декабре 1885 года, была исполнена симфоническая поэма Глазунова «Стенька Разин».
Образ Степана Разина привлек композитора могучим народным характером. Композитор воспроизвел в музыке романтический дух народных преданий о вольнолюбивом атамане, воссоздал контраст между его богатырским обликом и женственным образом персидской княжны.
Поэма является первым крупным программным произведением Глазунова. Программа составлена самим композитором на основе текстов народных песен.
Спокойная ширь Волги. Долго стояла тихо и невозмутимо вокруг нее Русская земля, пока не появился грозный атаман Стенька Разин. Со своей лютой ватагой он стал разъезжать по Волге на стругах. Народная песня так описывает их поездки:
— персидская княжна, захваченная Стенькой Разиным в полон. Как-то раз она призадумалась и стала рассказывать добрым молодцам свой сон:
Сон княжны сбылся. Стенька был окружен царскими войсками. Предвидя свою гибель, он сказал: «Тридцать лет я гулял но Волге-матушке, тешил свою душу молодецкую и ничем ее, кормилицу, не жаловал. Пожалую Волгу-матушку не казной золотой, не дорогим жемчугом, а тем, чего на свете краше нет, что нам всего дороже». И с этими словами бросил княжну в Волгу. Буйная ватага запела ему славу и с ним вместе устремилась на царские войска…
Эта программа воплощена Глазуновым в стройной и динамичной форме сонатного аллегро.
Вторая симфоническая фантазия «Море» написана в 1889 году. Вслед за «Морем» не замедлили появиться симфонические картины: «Кремль», «Весна» и др. При всем значении этих произведений в творчестве Глазунова преобладали все же инструментальные произведения, основанные на чисто музыкальных законах и не подчиненные какому-либо сюжету.
Долгие годы Глазунов был связан с любимыми детищами Беляева — музыкальным издательством и Русскими симфоническими концертами. На музыкально-общественном поприще Глазунов обладал большим авторитетом. Уважение коллег к его мастерству и опыту опиралось на прочный фундамент: принципиальность, основательность и кристальную честность музыканта. С особой требовательностью композитор оценивал свое творчество, нередко переживая мучительные сомнения. Эти качества давали силы для подвижнической работы над сочинениями ушедшего из жизни друга: музыка Бородина, уже звучавшая в исполнении автора, но не записанная из-за его внезапной смерти, была спасена благодаря феноменальной памяти Глазунова. Так была завершена (совместно с Римским-Корсаковым) опера «Князь Игорь», восстановлена по памяти и оркестрована 2 часть Третьей симфонии.
В 1898 году Беляев был избран председателем Санкт-Петербургского общества камерной музыки и неоднократно устраивал при нем конкурсы, на соискание премий за лучшие камерные сочинения. Благодаря вечерам камерной музыки в доме Беляева возникла целая серия небольших пьес для струнного квартета наших композиторов, озаглавленная «Среды» и изданная тем же музыкальным издательством. В эту серию входили и камерные произведения A. К. Глазунова.
Беляев умер неожиданно, еще бодрым и энергичным, 22 декабря 1903 года. За неделю до его кончины, когда болезнь сломила его крепкий организм и заставила его лечь в постель, обычный пятничный вечер по его настоянию все-таки не был отменен. В завещании своем он оставил значительный капитал — большую долю своего крупного состояния, — обеспечивающий выдачу ежегодных «Глинкинских» премий русским композиторам. Бескорыстная деятельность Беляева в области русской музыки, по удачному сравнению B. В. Стасова, имеет то же значение, как деятельность П. Третьякова в области русской живописи. Оба служили настоящему национальному русскому делу, ими двигали чувства, далекие от официального и показного патриотизма, неспособного на бескорыстные жертвы. В деятельности этих двух русских купцов, связь которых с «податными сословиями» была совсем свежа, сказалось здоровое общественное начало, таящееся в глубине русской души. После смерти основателя фирмы (1904) Глазунов вместе с Римским-Корсаковым и А. Лядовым вошел в состав Попечительского совета для поощрения русских композиторов и музыкантов, созданного по завещанию и на средства Беляева. Эти три человека, по существу, стали руководителями всей музыкальной жизни Санкт-Петербурга.
В июне 1889 года Глазунов вместе с группой других музыкантов отправился за границу. На очередной Всемирной выставке в Париже Беляев организовал два концерта русской музыки, на которых Глазунов выступал как дирижер своих сочинений.
Профессия дирижера одна из самых сложных в музыке. Она требует много разных качеств. И Глазунов во многом отвечал этим требованиям. Он обладал феноменальным слухом и знанием инструментов оркестра, что было сразу оценено оркестрантами. Уже в детстве он обладал большой музыкальной культурой, и в годами она становилась шире и глубже. Правда, дирижер должен уметь подчинить себе оркестр, убедить его в правильности своих намерений. Глазунову же немного не хватало дирижерской воли, настойчивости, требовательности. Глазунов был по натуре человеком мягким, душевным, расположенным к людям. Вот характерный эпизод, описанный им в письме Чайковскому: «Я недавно получил замечание от одного из музыкантов оркестра, сказанное наедине, что я мало обращаю внимания на оттенки, что совершенно верно, так как их нужно требовать и добиваться, а мне иногда бывает просто неловко надоедать почтенным людям, из которых почти каждый вдвое старше меня. Мне столько раз случалось просить играть пиона — один раз исполнят просьбу (а не требование), а на следующий раз забудут об этом. Буду завтра изо всех сил заставлять себя требовать».