Записки Черного охотника
- Автор: Точинов Виктор Павлович
- Год: 2019
- Язык: русский
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Записки Черного охотника». Краткое содержание книги:
2017 г.
(Имелся у киевлян, лишь век находившихся в христианской вере, сохранившийся от допрежних времен обычай: кто ведал грамоту, оставлял там, на внутренней стене собора, краткие послания — и обращения к небесным заступникам, и просто памятки о важных делах, случившихся в жизни; позднее тот обычай был признан языческим, и надписи свели густым слоем известковой побелки, — тем самым сохранив на девять веков для людей, восстанавливавших древние храмы).
Оставив запись, Дмитр спешно, одвуконь, поскакал в Туров, к Святославу, племяннику почившего князя, и тот столь же спешно подступил к Киеву в тяжкой воинской силе, — спустя всего десять дней по смерти великого князя.
Володимир, уж примерявшийся к великокняжескому столу, был вынужден стол отдать двоюродному брату, а право первородства вновь уступило праву лествицы. До тех времен, когда Володимир все же вступил на киевский стол, Дмитр не дожил, — сложил голову в жестокой сече с половцами на Стругне.
Людская память несправедлива к князю Всеволоду.
Его отца Ярослава, первым открывшего, что можно стать братоубийцей, и просто убийцей, но никто из потомков не попрекнет, если вовремя подчистить летописи, — нарекли за его открытие «Мудрым», и прославили столетия спустя, нарисовав на тысячной купюре.
Его сына Володимира, прозванного по матери Мономахом, и истребившего под корень население русского города Минска, и много кого еще истребившего, — тоже помнят неплохо. В основном благодаря тяжелой шапке — которую, вот странность, Мономах никогда не носил, и даже ни разу не надевал, и даже ни разу не видел…
А Всеволод не убивал братьев и не истреблял под корень жителей русских городов, — и не считал нужным подчищать летописи, прославляя себя.
Он просто был князь.
Владетель и хранитель Русской Земли.
V. Охота на тигров, слонов и бизонов
Впервые на моей памяти Владимир Станиславович Фокин завершил свою историю, — а смех слушателей не звучит.
Однако эмоции его рассказ вызвал, и немалые. После короткой паузы кто-то негромко ударяет ладонью о ладонь, и тут же над Бежинским лугом прокатывается звук коротких, но бурных аплодисментов.
Фокин явно польщен, раскланивается во все стороны.
— Ну ты, Станиславич, и задвинул… — комментирует кто-то. — Пикуль отдыхает, не говоря уж о нынешних… Только с чего тебя на историческую-то прозу вдруг пробило?
— Так уж получилось… Довелось мне недавно по личной надобности, по семейной, в архивах поработать… А там столько всего интересного, но давно позабытого… Ну и…
— А что за семейная надобность? — спрашивает кто-то еще.
— Судьбой прадеда интересовался, в Гражданскую сгинувшего… О нем в семье почти ничего и не знали — дед его и не видел даже, не мог увидеть: на свет появился уже после гибели прадеда. История всплыла, братцы, интересная…
— Расскажешь? Или семейные тайны разглашению не подлежат?
— Да какие тайны, сто лет прошло, гриф «Секретно» давно снят. Я ту историю, если честно, уже на бумаге изложил, издать думаю… Причем для предыстории… ее-то в архивах не было… я там два моментика из классики использовал, постмодернизм типа такой, или мэш-ап, если по-современному… Но дальше все по правде, все, как было. Могу и вам рассказать, если желаете. Но предупреждаю: история довольно грустная, не байка веселая охотничья. Хотя все началось как раз с того, что два очень молодых человека собрались на очень экзотическую охоту…
— Ах, мне так страшно! — слегка манерничая, произнесла Соня, самая старшая из сестер Королевых; недавно этой здравомыслящей и рассудительной барышне исполнилось целых одиннадцать лет.
— Ты смотри же, не говори маме, — сказала Катя сестре.
Девочки стояли на лестнице, ведущей наверх, к гостевым комнатам. Недавно, буквально только что, они стали обладательницами загадочной и страшной тайны, — подкравшись к двери и подслушав разговор брата Володи — гимназиста-второклассника, приехавшего на рождественские каникулы — с его товарищем и соучеником Чечевицыным, гостящим у Королевых.
О, что они узнали!
Мальчики собирались бежать куда-то в Америку добывать золото; у них для дороги было уже все готово: пистолет, два ножа, сухари, увеличительное стекло для добывания огня, компас и четыре рубля денег. Они узнали, что мальчикам придется пройти пешком несколько тысяч верст, а по дороге сражаться с тиграми и дикарями, потом добывать золото и слоновую кость, убивать врагов, поступать в морские разбойники, пить джин и в конце концов жениться на красавицах и обрабатывать плантации. Володя и Чечевицын говорили и в увлечении перебивали друг друга. Себя Чечевицын называл при этом так: «Монтигомо Ястребиный Коготь», а Володю — «бледнолицый брат мой».