Американский орёл

— Дам даже больше, если расскажешь, что вспомнил.

Снова кашель, на заднем плане послышался шум проезжающего грузовика.

— Ну, я, типа, стою и жду, пока мимо проедет полицейская машина, а рядом стоит и ждёт ещё один парень. И, что, типа, да? Но сейчас я вспомнил. Туфли у него были все в грязи, а то были добротные туфли… но они были все в грязи, будто он шёл по краю железной дороги, ну, как мы с вами, или те копы. Ну я и подумал, может, он чего знает о том покойнике.

— Как он выглядел?

— Ну, хорошо так выглядел, надо сказать…

«Щёлк».

— Алло? Лу? Ты там?

Ничего, кроме помех. Телефонист отключил его после трёх минут.

— Твою мать! — выкрикнул Сэм, бросил трубку на рычаг, оттолкнул кресло, схватил пальто и вышел из участка, оставив миссис Уолтон печатать до того, как она успела произнести хоть слово.

Он вернулся в лагерь, проделав тот же путь от стоянки «Рыбацкой хижины». К нему подковылял всё тот же старик, который, похоже, был здесь неофициальным мэром и сказал.

— Слышь, коп. Снова по роже захотел?

Сэм ткнул его в тощую грудь указательным пальцем.

— А ты?

Старик рассмеялся.

— Как я уже сказал, коп, арестуй меня, мне похер, и…

Сэм подставил ногу и сбил старика. Тот упал на землю и охнул. Сэм наступил ему на левое запястье, надавил и произнёс:

— Последняя попытка, браток, и не думай, что сможешь снова меня кинуть, ясно? Может, я и не в настроении тебя арестовывать, но я в настроении сломать тебе пару пальцев, так что, захлопнись, понял?

Старик поморщился, Сэм понимал, что должен был испытывать чувство вины, но ничего не испытывал. Он осмотрел разбитые машины и грузовики, хибары и шалаши, дымящиеся костры и детей, множество детей, тощих и необычайно тихих.

— Лу из Троя. Он здесь?

Старик плюнул на Сэма.

— Нет. Был тут пару минут назад. Сейчас ушёл. Отпусти руку, Господи, слышь?

Сэм заметил троих мужчин, что стояли у одной из хижин, беседовали и перешучивались, никто из них не обратил внимания ни на него, ни на лежавшего на земле.

— Куда он пошёл?

— Повезло козлу, работу нашёл. Забежал в лагерь, схватил своё барахло, сказал, нашёл работу на севере, вернётся через месяц. Через месяц! Везучий козёл.

«Твою мать, — подумал Сэм. — Ёб твою мать!»

— Он сказал, куда направился?

— Нет, сказал, что уезжает, что платят неплохо, что вернётся.

Сэм отступил от старика, тот поднялся на ноги, разминая запястье и глядя на Сэма, по его подбородку стекала слюна. Сэм достал из кармана визитку вместе с четвертаком и пятицентовиком.

— Прибереги пятак, и как только Лу явится, позвони мне. Ясно? Сделаешь, как я говорю, и получишь доллар.