Темной-темной ночью…

Дело осложнялось тем, что на трупе отсутствовали какие-либо особые приметы.

Сыщикам оставалось лишь проверить маршрут, по которому один из убийц спускался в овраг.

И тут их ожидал сюрприз. Следы вели с противоположного, более пологого склона. Это ставило новую загадку: ведь чтобы попасть на другую сторону оврага, требовалось сделать значительный крюк. Но следы убийц не выходили за пределы пятачка, на котором произошла расправа. Зато в ельничке, что клином подступал к противоположной стороне оврага, оперативники обнаружили еще один вытоптанный пятачок, от которого, собственно, следы и вели вниз. Причем, из ельника отлично просматривалось место, где свершилось преступление. (Грибник, обнаруживший труп, двигался совсем другой тропкой.)

Так может, вовсе не убийца раздевал труп?

Служебная собака уверенно привела в деревню Заозерную, расположенную в 4-х километрах от «нехорошего» оврага, к калитке ничем не примечательного домика. По двору расхаживал высокий, всё еще крепкий старик. При виде милиционеров и собаки он явно стушевался. Тем не менее, любезно ответил, что в деревне его кличут дедушкой Пафнутием, что доживает он свой век вдвоем со своей старухой – бабушкой Галиной. Живут они скромно, тихо, не причиняя никому беспокойства.

Но сыщики уже заметили, что на веревке сушатся постиранные вещи – рубашка яркой молодежной расцветки, полосатые мужские трусы с гульфиком и даже импортные носки в клетку.

Старик, видимо, и сам понял, что отпираться бесполезно.

Рассказал, что вчера отправился в лес по грибы. За овраг. Он как раз обшаривал ельник, когда на другой – крутой – стороне послышался подозрительный шум. Стараясь не выдавать себя, он отыскал среди еловых лап подходящий угол обзора.

На той стороне стояла иномарка вишневого цвета. Перед машиной, у самого обрыва, дрались четверо парней.

Постепенно он, дедушка Пафнутий, разобрался, что один дерется против троих. Из этой троицы один был щупленький и лысоватый, хотя и совсем молодой, а двое других походили друг на дружку как братья-близнецы. Эти были плотными и крепкими. Но их противник всё равно начал одолевать. Очень уж здорово дрался! Неизвестно, чем дело закончилось бы, но тут щуплый поднял монтировку и долбанул здоровяка по темечку. Раздался хруст, слышный даже в ельнике.

Тот упал, а эти трое сошлись над ним в кружок. «Пацаны, а ведь мы его замочили», – сказал один из братьев. «Одной паскудой меньше, – тяжело дыша, ответил щуплый. – Жаль только, что должок не удалось получить». «А может, еще получим?» – с этими словами третий порылся у убитого в карманах и извлек оттуда кошелек и ключи. Заглянул в кошелек: «Ага! Кое-что есть!» Побренчал ключами: «Поехали к нему домой! Пошмонаем!» «Стоп! – сказал щуплый, бывший у них, кажется, главным – Надо бы закопать эту сволочь!» «Ну его к бесу! – возразили братья. – Сбросим с обрыва в кусты, и всех делов! Здесь его точно никто не найдет. А найдут – тоже не беда. Подумают: полез мужик за грибами, сорвался с кручи и разбился».