Песнь надежды. Том 6

— Обратись и скажи, я не понимаю, — немного раздражённо бросил я и обошёл её.

Я понимал их беспокойство, однако подобное раздражало. Даже тот факт, что они помогли мне, не значил, что я тут буду им подчиняться. Многие считали, что если сыграли где-то важную роль, то могли на что-то претендовать, например, указывать, что тебе делать, и подобное стоило пресекать ещё в зародыше.

Меня больше не останавливали, однако для меня не стало секретом, что между собой волчицы что-то обсуждали, судя по рыку, и чувствую, на повышенных тонах, так как звучала вся их беседа угрожающе.

Удивительно, что воздух не ощущался холодным, как зимой. То есть даже будучи голым, я не сильно замерзал. Можно было сравнить температуру воздуха примерно с ранней весной, когда она варьируется в районе нуля. То есть в принципе терпимо, до костей не пробирало, хотя вокруг был снег. То, куда я вышел, напоминало что-то типа горной речушки: где-то по пояс в самом глубоком месте и каменистое дно, из-за чего на поверхности быстрого потока то тут, то там виднелись небольшие порожки и всплески.

Вода была ледяной. В принципе, не удивительно, учитывая, что здесь повсюду снег, однако желание помыться было сильнее холода. Я чувствовал себя вонючим, липким и грязным, будто извалялся в клее, а потом в шерсти собак.

Поэтому, сжав зубы покрепче, я вошёл в воду и начал быстро обмываться. Надо сказать, что пробирало не на шутку. Всё тело простреливало холодом настолько, что аж сводило. Ноги буквально через минуту начало ломить от боли, а голове, просто стоило опуститься в воду, тут же начало болеть, будто в тиски запихнули.

Но тем не менее я молча отмылся, почувствовав себя гораздо лучше, пусть и замёрзшим. В голову пришла мысль, что я могу сейчас точно так же свалиться, как и тогда, когда вытаскивали Палию из пруда, однако над этим думать было уже поздно.

А на берегу меня уже ждали.

Серебристая волчица стояла между стволов деревьев, не сводя с меня взгляда. А когда я вышел на берег, подошла поближе.

— Здравствуй, Юнона, давно не виделись, — поприветствовал я её.

Она секунду рассматривала меня, после чего, мягко ступая, приблизилась и наклонила голову, подсунув её под мою руку. Как бы нескромно намекала, чтобы я её немного почесал или погладил. Это выглядело довольно мило, хотя я был не сильно в восторге, учитывая то, с какими усилиями мы с ней расстались.

И всё же потому, как она настойчиво крутила головой под моей рукой, я её немного погладил. Её мех был приятным на ощупь, мягким, вызывающим желание зарыться в него всем телом, особенно после холодной реки. Возможно, на это она и рассчитывала, так как я уяснил, что Юнона хитростью обделена не была.

А потом она учудила то, что я от неё не ожидал. Подавшись вперёд, она лизнула меня по паху. От неожиданности я отшатнулся и чуть не упал, а она, словно наслаждаюсь этим, лизнула меня туда ещё раз.

— Юнона, блять… — прошипел я, пытаясь оттолкнуть её голову. Но та и вовсе вошла в раж, явно специально выводя меня из равновесия.

Хуже было то, что у меня от такого лизания даже встало. Я не относился к любителям животных от слова «совсем». И пусть волчица передо мной технически была человеком в другом обличии, но ещё я блин волков под хвост не трахал. Ведь сейчас передо мной всё же было животное, а то, что у меня встало от того, как она мне заботливо и рьяно там пытается всё вылизать…