Суррогат

– Как ты думаешь, – обратился вдруг Семен к Лие, – откуда у людей жестокость? Уже в школах ее хоть отбавляй. Побеждает сильнейший. А слабый, если не победит самого себя, вырастает, а потом начинает мстить. Ну почему это так? Вселенная огромна, мы в ней – муравьи, а ведем себя порой очень страшно.

Лия, немного помолчав, ответила:

– Это все из-за того, что не учат людей прекрасному. Если бы они могли видеть красоту искусства, все было бы не так, как есть сейчас, а так, как надо.

– Ты хочешь сказать, что у нас нет искусства или его не учат видеть? – спросил Семен.

– Искусство есть, и видеть его учат, только вот эгоистично все это. Ну, как тебе сказать, ведь делать какую-нибудь работу мастерски – это тоже искусство. Быть кулинаром – это тоже искусство. Не в искусстве дело, а в прекрасном! А что такое прекрасное, это каждый понимает по-разному. Но от этого оно хуже не становится. Ну, скажем, привыкли, что искусство – это картины, музыка, пение и другое. Ну почему считается, что танец «маленьких лебедей» – это прекрасно, а красоту понимают только интеллигентные люди, а вот брейк – это типа несерьезно, пускай искусство, но несерьезное? Вот почему так сложилось? Это все из-за нашего невежества! Искусство – это то, что может оказать воздействие на зрителя. Причем это воздействие обладает синергетическим эффектом. Если бы родители преподносили бы так же боевое искусство, как стремление к прекрасному, жестокости бы не было. Оно бы исчерпало себя. Ведь искусство боя – это не кулачные игрища, где требуется физическая подготовка, – Лия замолчала, а потом добавила: – Рафинированным родителям нужны такие же, как они сами, дети, но жизнь потребует свое.