Карбон (СИ)
- Автор: VELVET ORCHID
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Карбон (СИ)». Краткое содержание книги:
Из автомобиля вышла женщина с седыми волосами и в очках без оправы. Тело Бориса окончательно расслабилось. Саманта Бишоп.
- Ты чуть не покалечил двух моих агентов, которые охраняли тебя, - хмыкнула Саманта, с видимым облегчением разглядывая его.
- Они не представились, - буркнул себе под нос Борис.
- Они просто не успели, - пожала плечами Саманта.
Ага, а назвать его Савранским успел каждый. Что за цирк?
- Давид Феретти жив? - сменил тему Борис, - А его отец? Он тоже… Жив?
Вопрос следовало уточнить.
Наверное, Борис не успокоится, пока не увидит Давида вживую.
- Разумеется, - Саманта, казалось, оскорбилась, - Семью Феретти до сих пор ненавязчиво охраняют. Но ты зря волновался. За последние полтора месяца на них не было совершено ни одного покушения…
Сколько? За последние сколько?!
Полтора месяца?! Не может быть!
Борис, очнись!
Твои волосы отросли, а кости зажили… Такое не могло произойти за сутки!
- Я был без сознания полтора месяца? - тяжело сглотнул Борис.
Саманта села рядом с ним на корточки.
- Ты был в коме, Борис. Я очень волновалась за тебя, - шепнула она едва слышно, - Обширные травмы головы, микроинсульт… Прогнозы были неутешительными. Но врачи не обнаружили значительных повреждений мозга, и ты должен был прийти в сознание… Но ты не приходил. Ты реально заставил меня понервничать…
- А как Давид? Как Давид отреагировал на то, что я в коме? - губы Бориса дрогнули, но он сумел взять себя в руки.
Полтора месяца!
Если Давид… Если Давид чувствовал к нему что-то серьёзное, то что он пережил? Как справился с этим?
Саманта, казалось, была удивлена.
- Давид? - пробормотала растерянно она, - Чета Феретти не в курсе. Лоренцо очень долго дёргал меня по этому поводу. В клинике, где тебя ранили, были замечены наши агенты… Но мы никакой информации ему не дали. Мы скрывали твоё местоположение, как могли. Слежки за Давидом не было замечено, но ты… Ты их очень интересуешь. До тебя хотят добраться до сих пор. Мы решили, что, чем меньше народа знает где ты, выжил ли ты, тем лучше… Даже мистер Савранский не в курсе, что я тебя нашла…
Что?!
Давид находился в полном неведении?!
***
- Клянусь, я не знала! - причитала Саманта, запуская его в палату, уже в другую, более похожую на жилую комнату, - Я не думала, что вы с Давидом Феретти настолько близки! Я и не представляла, что у него к тебе чувства! Думала, что вы просто хорошие знакомые, поэтому он беспокоится! Было решено скрывать тебя. Ищейки Карбона шныряли повсюду!
Бориса трясло.
Он снова не сдержал обещание - причинил Давиду боль.
Какими бы ни были чувства Давида к нему, одно ясно точно - они были. И ничего хорошего Давид не испытал.
Борис зашёл в палату, на автомате бросил быстрый взгляд в зеркало и…
Борис остановился, как вкопанный. Глаза его расширились.
Это… Было отражение Бориса?
Нет, ничего кардинально не поменялось. Это был он, но…
Исхудавшее до впалых щёк лицо, бледное до синевы, заострённый нос, неровная, словно натянувшаяся кожа, чёрные и жёсткие волосы до плеч…
Ладно, кого Борис обманывал?
Он изменился. На лице теперь были шрамы. Его кожу словно сшили из лоскутов. Очень аккуратными стежками, но сшили.
Из зеркало на Бориса смотрело какое-то непонятное чудище. И он, и не он одновременно.
Саманта прервалась на полуслове, когда увидела, куда он смотрел.
- Несколько операций на лице, - начала тихо перечислять она, - Перелом носа, челюсти, трещины на скулах, колото-резаные раны… Травма глазного яблока. Пересадка роговицы. Хорошо, что рассекли, скорее, бровь и веко. Глаз сумели спасти. Возможно, будет видеть хуже…. Но тебя лечили лучшие врачи. Обычно заживает дольше. Но, конечно, нужны ещё пластические операции…
- Не нужны, - твердо отрезал Борис.
Он медленно отвел взгляд от своего отражения.
- Может, и к лучшему, что ты не сказала Давиду, - спокойно пожал плечами Борис, - Не думаю, что он заслуживает смотреть на такое лицо.
- Что? - приоткрыла удивленно рот Саманта, - У тебя замечательное лицо! Да и не в лице дело! Ты и сам замечательный! Почему ты так себя не ценишь?
- Я ценю себя, - мягко перебил ее Борис, - Но его я ценю больше. Ничего не сделаешь. Это любовь.
- Но в одном ты права - не только в моем лице дело, - добавил после небольшой паузы Борис, - Ты сказала, что меня ищут в Карбоне. Не думаю, что оставаться сейчас рядом с Давидом, - хорошая идея. К лучшему, что ты ему не рассказала. Ты говорила, что на него не совершали покушений. Наверное, это не случайно. Без меня Давид Феретти неинтересен Карбону. Но заставлять Давида страдать, думая, что я мертв, заставлять его чувствовать вину, - это низко.
Если представить, что Давид до сих пор считал, что Бориса травмировали из-за него, из-за попытки похитить его, то можно сойти с ума.
Борис не может поступить так с Давидом.
- Я не имею права находиться рядом, но я могу дать понять ему, что жив, - решительно кивнул Борис, - Ты принесёшь мне бумагу и ручку? Я напишу письмо. И ещё…
Борис опустил голову.
- В день, когда я выпал из окна, и мне прострелили грудь, на одной из оживленных улиц погибла девушка. Анжелика Джейкобс. Ее убили выстрелом в левую лопатку, - Борис закусил нижнюю губу, чтобы она не дрожала, - Узнай, где она похоронена. Ее убил Карбон. Из-за меня.
Он будет приносить ей цветы. Кати должна знать, что о ней не забыли, что ее любят.
Борис и так не навещал ее почти два месяца.
Саманта растерянно кивнула.
- И последний вопрос, - глаза Бориса подозрительно сузились, - Почему я ещё не в тюрьме?
- Что? - вырвалось удивлённое у Саманты.
- Я террорист, - спокойно пояснил Борис.
- Да, но ты был завербован с самого детства! Ты жертва, а не преступник! Тебе нужна помощь, а не наказание! - возмущённо принялась говорить Саманта.
Борис с любопытством на неё посмотрел.
Вроде все складно, но она изначально знала, как его зовут.
Саманта недоговаривала.
Впрочем, разберётся потом. Сейчас главное - письмо.
***
Борис смотрел на бумагу и нервно отбивал ручкой какой-то непонятный ритм.
Что он мог написать Давиду?
«Я обещал тебе сказать «да» 16 марта, но я врал. Мы не можем быть вместе. Просто отказать тебе я был не в силах. Жалкий. Ни «да», ни «нет» сказать не мог…»
Или, быть может краткое…
«Люблю тебя. Прости».
Или длиннее…
«С тобой я чувствовал себя самым счастливым. Хочу оказаться хоть на пару мгновений в твоей кровати и вдохнуть аромат ванили и цитрусов. Я бы даже устроился на полу, у твоих ног и спал там. Можно? Нельзя. Ты - моя клубника, знаешь? Боюсь, что сорвусь…»