Несмотря на время

Неделя до дня рождения проходит на удивление спокойно. Кажется, я снова вернула себе свою жизнь без драм и проблем. Итан задерживается в командировке, и эта новость приносит спокойствие. Неправильно так думать, но сейчас мне не хочется его видеть, когда он рядом, я снова ощущаю свою вину перед ним. Работа в магазине идёт своим чередом. Люди всё так же продолжают тратить деньги на старинные вещицы и сувениры. Я растворяюсь в работе, общаюсь с покупателями и получаю от этого удовольствие. Мне нравится эта лёгкая суета, нравится искать что-то старинное на блошиных рынках. Эти вылазки могут закончиться ничем, а иногда я могу найти настоящее сокровище. Вот и сейчас мы с Лиз бродим по рынку в поисках интересных вещиц. Она, конечно же, не хотела идти со мной и рыться в этой пыли, но я настояла. Теперь, когда мы снова нашли общий язык, мне нужна сестра.

— Неужели кому-то нужен этот хлам? — говорит она, пренебрежительно глядя на стопку музыкальных пластинок.

— Кто-то любит звучание музыки через патефон, — отвечаю я, оглядывая набор чайных ложек с фигурными ручками.

— И всё равно я не понимаю эту любовь к древности, — она морщится и засовывает в рот пластинку жвачки.

Сегодня снова стоит аномальная жара, и я рада, что решила надеть лёгкое короткое платье лазурного оттенка. В отличие от меня, сестра одета не так легко. На ней джинсовые шорты, высокие тяжёлые ботинки и чёрная футболка с джинсовой жилеткой. Элизабет как всегда не пожалела подводки вокруг глаз и нанесла её со всей щедростью. Я же практически не пользуюсь косметикой, кроме туши и блеска для губ. Мы сёстры, но глядя на нас это сложно увидеть. Мы стали слишком разные.

— Ты его видела? — спрашивает сестра, не упоминая его имени. В последнее время она пытается вызвать меня на разговор, но делает это с осторожностью. Его имя в нашем доме никто не произносит, но оно словно туча висит над нами.

— Нет, — отвечаю я, стараясь не смотреть на сестру и не выдать своей нервозности. Каждый раз, когда разговор заходит о Кэмероне, я будто спотыкаюсь.

— Но ты же понимаешь, что это когда-нибудь произойдёт? — не отстаёт Элизабет.

— Понимаю.

— И что ты будешь тогда делать?

Смотрю на сестру, которая неотрывно смотрит в ответ. Её синие глаза с чёрной подводкой кажутся больше, чем обычно. Она складывает руки в карманы жилетки и ждёт моего ответа.

— Не знаю, — наконец сдаюсь я и отворачиваюсь.

— Тебе нужно подготовиться, иначе это будет катастрофа. — Лиз принимается перебирать набор фотокарточек с изображением разных городов, а я тяжело выдыхаю, понимая, что она права.

Это будет катастрофа, похлеще атомного взрыва. Все дни после звонка я боялась встретить его на улице, в магазине, у своего дома, но когда этого не происходило, я облегчённо выдыхала и немного злилась. Какая-то часть меня хотела его увидеть, и надеялась, что он придёт. Но он не приходил и не звонил. Его голос то и дело крутится в голове. Такой нежный и мягкий, с лёгкой хрипотцой.