Несмотря на время

Сейчас уже почти семь вечера, и мы всей командой еле переставляем ноги, возвращаясь с тренировки. С меня ручьём стекает пот, и я пахну, как дохлая крыса. Мы все молчим, потому что, кажется, что в нашем организме нет ни единой работоспособной мышцы. Тренер же, словно насмехаясь, трусцой бежит рядом с нами.

— Вы молодцы, ребята! Отлично сегодня поработали, но завтра я потребую от вас в два раза больше! — кричит он своим твёрдым командным тоном.

В отличие от нас, он сухой и выглядит в сто раз лучше. Ему уже далеко за сорок, но его физической форме может позавидовать любой. У него грубые черты лица и суровый взгляд. Тренер Риз всегда очень коротко стрижётся, что добавляет ему мужественности. Все его любят и ненавидят одновременно, и я в том числе.

Мы заходим в раздевалку и разбредаемся по душевым кабинкам. Когда я, наконец, привожу себя в порядок, то прощаюсь с ребятами по команде. Беру свою спортивную сумку и выхожу через длинный пустой коридор на улицу. Все мышцы приятно гудят после всевозможных нагрузок. Я люблю футбол, но иногда мне хочется его бросить. Раньше я хотел сделать это назло отцу, а теперь ради Джилл. Остаётся надеяться, что она всё-таки приедет через месяц, как и обещала. Иначе я всё брошу и уеду к ней. Мне невыносимо быть вдали от неё, пока она тонет в этом болоте. Ей нужна поддержка, и я очень рад, что Кензи осталась с ней. Она поможет Джилл справиться с потерей, пока меня нет рядом.

Иду к своей машине, но неожиданно передо мной останавливается красный автомобиль, а из окна высовывается довольная Кензи.

— Тебя подвести, красавчик? — она смеётся, а я в шоке таращусь на неё.

— Не заигрывай с моим парнем, — слышится до боли знакомый голос, и из машины выходит Джилл.

На ней лёгкое бледно-розовое платье и белые босоножки на каблуке. Волосы мягкими волнами спускаются по плечам, и она нежно мне улыбается. Стою и осматриваю девушку с ног до головы, не веря, что она тут. Меня словно магнитом тянет к ней, и я подхожу ближе, обнимая её за талию. Она кажется такой хрупкой в моих руках. Джилл сильно похудела за эту неделю, но она всё так же прекрасна.

— Привет, — говорит она еле слышно, и я целую её. Обхватываю её лицо руками и целую, желая намного большего, чем поцелуй. Кажется, что я слишком долго не видел её. Мне нужно почувствовать её вкус, запах, но всё это невозможно сделать на парковке. Она заслуживает лучшего, и я ей это предоставлю. Продолжаю целовать её, она стонет, обхватывая меня руками за шею. Я чувствую, как её сердце бешено колотится в груди, повторяя сумасшедший танец моего собственного. Наконец нас прерывает кашель.