Перстень для Избранной

Николай Сергеевич Крюкофф, для своих так и оставшись Колькой, еще раз набрал номер телефона бывшей супруги. Вера не отвечала, не отвечала уже целых два часа, что для нее было совершенно не характерно.

Уж кому, как не Кольке, и знать.

Расстались супруги по-хорошему, как говорится, друзьями. Да в браке этом они и были скорее всего именно друзьями, как недавно осознал мужчина. Правда, такого вот, чтобы после развода перезваниваться, это вот нет. Разве что изредка, и по делу. Но в глубине своей души Колька всегда знал, что к Вере можно обратиться в случае нужды.

До сих пор, это, считай, десять лет? Ну да, около того, — подумал мужчина. Да, за все это время таковой нужды не случалось. Да и в Канаду звонить дело накладное. Самому-то ему было запросто, доход мужчина имел неплохой.

Но опять же, Вивьен это не нравилось. Вивьен, тьфу, — подумал с тоской Колька. Как была Анька, так и осталась. Нет, Вивьен называй ее.

Анька, она же Вивьен, вторая жена Кольки, к которой он по извечной мужицкой дурости, прикипевши душой к ее гениальности в области программирования приложений, плавно перетек из заботливых Вериных рук, оказалась в результате той еще вертихвосткой.

Короче говоря, бросила его баба, не посмотрела на еще большую гениальность супруга, в свою очередь плавно перетекла к собственному боссу.

Вот совсем недавно.

— Змея, а не баба, — огорченно думал Колька, решив напрочь уйти из компании. Уходить было страшно жалко. Но видеть бывшую супругу, под ручку с боссом входящую поутру в офис, было смерти подобно.

Не сказать, чтобы Колька так уж любил Аню, чувства, если они и были, давно прошли. Но гордость-то, мужская гордость, осталась. Нет, одно дело как с Верой получилось.

— Эхх…Моя вина, только моя… Обидел я Верочку, так обидел… А она-то, — тут мужика чуть слеза не пробила, — она-то ведь и слова худого не сказала.

Ну, насчет худого слова это да, не сказала. Но толи забыл уже Николай, то ли что, а ведь кулаком Вера сильно приложила. Нет, не неверного супруга, а вот косяк дверной пострадал. И еще любимые ботинки Николая. Верочка их с балкона спустила.

— Так и понять женщину можно было… А Вивьен-то, вот господи прости…, - опять закручинился Николай, — Вот ей-то что надо было?

Честно говоря, Колька так этого и не понял. Деньги? Деньги были. Положение? Ну, положение, конечно, не то, что у босса. И тут мужика осенило:

— Так он же ей гражданство сделает, е-мое! Вот в чем собака зарыта.

Николаю сразу стало легче на душе. По крайней мере, он понял, что если бы не положение босса, то и Анюта была с ним. Возможно, мужчина утешал себя таким образом, возможно. В любом случае, тут его самолюбие не страдало. Гражданства Коля дать ей не мог.

И Николай подал на разрыв контракта. Босс, надо отдать ему должное, отпускать ценного работника не хотел. Стоял насмерть. Но и понимать Кольку понимал. Дело кончилось тем, что пошел наш Николай на удаленку.