Одичалый мир

— Что это? — с трудом скрывая раздражение, спросил Виктор.

— CuFeS2,- с торжеством промолвил декан.

— Чего?

— Халькоперит. Медный колчедан.

До Виктора не сразу дошёл смысл сказанного, а когда понял, дрожь пронзила тело. — Вы уверены? На Караби яйле не обнаружены металлы, это противоестественно.

— Противоестественно, согласен. Сам озадачен, — декан пожал плечами, — но факт остаётся фактом, руды здесь много. В далёком прошлом землетрясением вытолкнуло пласт с рудой.

— Весьма вовремя, — пробормотал Виктор, а в голове уже начали рождаться схемы плавильных печей, когда-то зацепленные мимолётным взглядом на страничках интернета.

Это уже входит в привычку бродить ночью по опасному плато. Но вот, в прорезях знакомых скал, блеснул свет луны, и потянуло ароматным дымком. Виктор принюхался, стараясь распознать, всё ли в порядке. Интуиция молчит и душа успокоилась.

Они показались в лагере, вызывая своим появлением переполох и шквал из эмоций. Нина повисла в объятиях у Виктора. Аня, старательно отводит взгляд от сияющих глаз Алика. Мужики чинно здороваются и знакомятся друг с другом. Скулящих щенков привязали и начали готовиться ко сну.

На случай внезапного нападения палатки разбили у стен отвесных скал, чтобы обезопасить людей с тыла. Олег Васильевич старательно корчит гримасы, высказывая недоверие ко всем мерам предосторожности. Он думает, что все люди братья, а их новый начальник — грубый мужлан.

Виктор решил выставить часовых. Алика не стал трогать, он сегодня набегался. Антону Алёнка меняет перевязки. Батюшка — в светлых думах. Толик Белов — с ним позже, молодой ещё. Всех остальных мужчин решает задействовать. Первыми он назначил себя самого и, немного поразмыслив, выдернул из тёплого места у костра, лаборанта.

Олег Васильевич зло стрельнул глазами. Но безропотно поднялся, но не удержался и с ненавистью изрёк:

— Сам не спишь и другим не даёшь.

— Ты, верно, не понимаешь серьёзности всей ситуации, людоеды…

Лаборант со смехом перебил: — Рассказывай сказочку нашим девочкам! Они поверят!

«И всё-таки болван», — подумал Виктор, но резко произнёс:

— Замечу, что шлангуешь, мордой по камням возить буду. Будешь нести охрану со стороны моря. В случае нападения, свистнешь.

— Я не босяк свистеть.

— Тогда кукарекни, — с насмешкой потребовал Виктор. — И ещё, вот, возьми дубинку.

— Обойдусь как-нибудь, — с презрением отвернулся он.

— Дело твоё… но если что… шкуру с тебя спущу, — как-то обыденно произнёс Виктор и Олег Васильевич внезапно понял, что так и будет. Он поёжился и неожиданно кивнул. И не мудрено не согласиться, взгляд у Виктора тёмен, словно у крокодила, залёгшего в трясине.

— Через два часа тебя сменит Илья, — звякая затвором автомата, Виктор ушёл.

Ночь в разгаре. Тучи уверенно снесены ветром к краю горизонта. Свет звёзд холодит израненную душу лаборанта. Хочется выть от безысходности. Душит злость и появляется желание как-нибудь «нагадить» этому выскочке, но у того имеется сильнейший аргумент — АКМ. Как было хорошо до его прихода, спокойно, чинно. А ведь это он, Олег Васильевич, подсказал как правильно силки на голубей ставить. Девушки едва в засос не целовали его за эту идею. Голод отступил, и появились мысли создать голубиную ферму. Лаборант уже и место присмотрел. А тут этот появился! Всех напугал и власть к рукам прибрал. Авантюрист, проходимец, выскочка, негодяй! Викентий Петрович что-то молчит. Ох, не верит лаборант этому батюшке! Настораживает, что он поплёлся с ними в спелеологическую экспедицию. Ой, как настораживает! Не иначе чего задумал? И нечего вякать о спасении души и всё такое. Наверное, интерес какой есть, раз втесался в группу из настоящих мужчин.