Зоя

— А теперь, Зоя, — снова привлекла Латти мое внимание, протягивая мне полоску плотной бумаги белого цвета, на которую нанесла парфюм, и загадочно улыбаясь: — Расскажи мне, какая ты? Строгая девушка, выбирающая лишь классические запахи и тяжелые ноты?..

Я вдохнула сложный, тягучий запах и поморщилась, вызвав усмешку у Златы.

— Или же темпераментная молодая душа, предпочитающая сладость чувств и эйфорию вдохновения?

Меня словно посвящали в таинство ароматов. Я отдалась в руки своей наставнице и окунулась в ауру протянутого ею запаха. Пачули, жасмин, капля бергамота, чуточка розы и… терпкий ветивер, который роднил его с ароматом Себастьяна.

— Ну как? — тихо спросила меня Латти.

Я восторженно вдохнула запах, который захотелось оставить на себе:

— Безумно нравится!

— Так и знала! — восторженно хлопнула она в ладоши. — «Коко Мадмуазель» от Шанель. Я была уверена, что вы полюбите друг друга!

Заразившись ее улыбкой, я опустила взгляд на флакон. Квадратный, нежно-розовый, украшенный белой крышечкой, с элегантной и стильной надписью.

Мои глаза расширились, как только я увидела цену.

— Я хочу их тебе подарить! — заявила Злата и взяла нераспечатанную коробочку с дорогим ароматом.

— Что?! Нет-нет! — я попыталась остановить ее, схватив за руку. — Не надо, прошу тебя!

Злата вскинула брови и посмотрела на меня:

— Я отобрала у тебя всю обувь и одежду…

— А взамен отдала новую! — я перебила ее, чувствуя себя крайне неловко.

— Зоя! — резко оборвала она меня. — Я чувствую себя паршиво из-за этого! И если ты позволишь подарить тебе эти духи, то мне станет намного лучше. Мне и малышу.

Контрольный и бескомпромиссный аргумент. Понимая, что у меня нет выбора, я закусила губу и обреченно вздохнула:

— Хорошо.

— Ну вот! — заулыбалась та и, подхватив меня под руку, потянула к кассе. — Мы с малышом невероятно счастливы! Вот бы еще черничный маффин перехватить для полного блаженства!

***

— Знаешь, Зоя, — с печальной улыбкой на губах, обратилась ко мне Злата, когда мы сидели в ее любимой кофейне. — Порой мне кажется, что я тебе навязываюсь, а ты из-за своей доброты не смеешь мне об этом намекнуть. Скажи честно, я утомила тебя своим обществом?

Услышав слова Златы, я чуть не опрокинула на себя горячий чай, который принес мне любезный официант.

— Что?! Нет! Нет, конечно! — стала уверять ее я, одновременно осознавая, что боюсь потерять ее общество.

— Правда? — неуверенно спросила Латти.

Я вдруг увидела нас, словно со стороны. Странно, что она подумала, будто я терплю ее общество, боясь обидеть. Ведь это не так!

— Злата, — так трудно говорить откровенно с кем-то кроме себя! — Я не умею дружить. Из-за этого и веду себя, так… как будто не умею дружить.

Она внимательно выслушала меня, потом улыбнулась и сжала мою руку.

— Я тебя понимаю. Первые друзья у меня появились, когда я была почти в том же возрасте, как ты сейчас. Мне также было сложно доверить свои мысли кому-то кроме себя. Но однажды я поняла, что больше так не могу. Рискнула и ни разу не пожалела об этом, и я уверена, что никогда не пожалею!