Туманная радуга [СИ]

Долго болтать с ней не получилось — перемена уже подходила к концу. Вероника с Зинаидой нехотя поплелись в кабинет ОБЖ. Но все же им нравились уроки Владимира Олеговича, поэтому они даже немного повеселели, увидев пожилого учителя возле кабинета, о чем-то беседующего с одним из завучей. Поздоровавшись с ними, девушки вошли в класс.

Кошелькова, сидящая за первой партой у входа, немного вздрогнула при виде Зинаиды. Вероятно, вспомнила прошлогоднюю зиму. Но боялась она зря — Зинаида даже не обратила на нее внимания. Заметив, что последняя парта в среднем ряду никем не занята, она взяла на нее курс, потащив за собой Веронику. Сама Вероника старалась не смотреть по сторонам, но глаза сами, против ее воли отыскали Ханина. Он и Ласточкин сидели за третьей партой ближнего ко входу ряда и оглушительно хохотали. Сзади них сидел Шелепов с противогазом на голове и что-то странным голосом говорил своей соседке по парте. Та делала вид, что злится, но ее губы вот-вот уже были готовы расплыться в предательской улыбке. Вероника, стараясь не смотреть в ту сторону, села за выбранную подругой парту и начала вытаскивать из рюкзака все необходимое для урока.

Прозвенел звонок, и в класс зашел Владимир Олегович.

— Кто это у нас дал газы без команды? — спросил он, глядя на Шелепова, быстро снимающего противогаз. — А, Шелепов. Молодец! Иди к доске, будешь образцом. Тема сегодняшнего урока «Средства индивидуальной защиты органов дыхания». Шелепов, не теряйся, бери мел и пиши на доске название темы. Да так, чтоб красиво!

Пока Валера старательно выводил буквы мелом, Владимир Олегович начал рассказывать очередную историю из жизни, связанную с темой урока. Он всегда так делал, чтобы ученики лучше усваивали материал и впоследствии могли применить изученное в экстремальной ситуации. За подобный подход многие считали его своим любимым учителем, в том числе и Вероника с Зинаидой.

На этот раз история Владимира Олеговича была о том, как будучи молодым неопытным солдатом, он попал на первые в своей жизни учения по химической атаке.

— На полигоне была установлена палатка, в которую бросали специальную хлорпикриновую шашку, чтобы каждый боец мог протестировать свой фильтрующий противогаз в действии. Как вы, наверное, уже догадались, мой противогаз оказался неисправным. Беда была совсем близко — об этом сигнализировали выступающие на глазах слезы и характерное першение в горле. Действуя по инструкции, я быстро исправил ситуацию и начал дышать через винтовую гайку, но это было почти бесполезно, потому что для столь едкого вещества, как хлорпикрин, необходимы изолирующие противогазы. Но тогда я еще об этом не знал. И, вот, с закрытыми слезящимися глазами я пытаюсь найти выход из палатки…