По волнам чужих воспоминаний

Это заставило присутствующих зауважать парня, что так, отнюдь не робко выражал свою позицию, которую, однако, не поддерживали сами собеседники.

– Так, мальчики, не заскучали тут без нас? – прервала разговор Антонина Семеновна.

Она зашла в сопровождении дочери, держа в руках противень с только что приготовленной курицей, и поставила его в центр стола.

– А мы вовсе и не спали! – пошутил отец Алены, собрав несколько лайков к своей фразе.

Все сели за стол и вскоре забыли про Ивана и стали обсуждать повседневные темы, вспоминать прошлое. Темы, в которых могла бы поучаствовать молодежь, больше не поднимали, и школьники заскучали.

Иван принялся изучать убранство комнаты. Все было обставлено со вкусом – светлые тона, от которых веяло позитивом, добротный стол, дорогие приборы, смущал только шкаф-сервант, он не подходил данному месту, от него веяло старостью. Внутри, по традиции, находился старый сервиз, расставленный по нишам, и несколько фотографий по углам. Внизу в правому углу стояла фотография Алены, на ней она выглядела старше года на три-четыре, чем в нынешней реальности. Иван посмотрел на нее, затем на девушку, пытаясь найти отличия. Он так тщательно рассматривал фото, что на несколько мгновений полностью замер. На изображении была черная линия справа, как будто на фотографии мертвого человека, но этого не могло быть, ведь Алена находилась здесь, рядом. Да и по логике, она не могла бы переместиться в то место, где ее нет, не было бы смысла. Иван запереживал, сердце забилось, стало тяжело дышать. Девушка, подозревая что-то неладное, подошла к парню. Взрослые, увлеченные воспоминаниями своего детства, и не заметили, чем там заняты их дети.

– Ты чего? – тихо спросила Алена и перевела взгляд туда же, куда смотрит Иван.

Идентифицировав траекторию, она поняла, в какую сторону он навострил взгляд и почему это вызвало такую реакцию, подошла к фоторамке и переставила ее. Линия исчезла. Дело было в освещении, полоска упала на фотографию, и Ваня, под гнетом странных мыслей, был готов поверить в мистику.

– А ты тогда пить и так не умел! – донеслось от Антонины Семеновны.

Она указала на одного из гостей, и засмеялась, а остальные взрослые подхватили.

– Да я и не учился! – сорвав еще одну волну смеха, ответил мужчина.

– Мааам, мы пойдем, погуляем, а то мы вам тут не особо нужны… – сказала Алена, рукой толкая Ивана к выходу.

– Да как же… – начал было говорить мужчина, но его перебили одним жестом.

– Конечно, дочь, идите! – понимающе ответила мать.

Дважды говорить не пришлось – спустя мгновение детей как будто и не было, они ушли подальше от застолья.

– И как же страна, победившая Гитлера и Наполеона, не смогла победить алкоголизм?.. – огорченно произнесла Алена.

Всем своим видом она показывала, что такие застолья ей категорически не нравятся. В этой реальности она была слишком не похожа на себя.