Медоед в Яблополе

Во время игры нельзя использовать огнестрельное оружие. А вот драки и бои на мечах, наоборот, поощрялись. Игра частенько превращалась в свалку аватаров. После матча с поля уносили отрубленные конечности.

– До конца встречи осталась одна минута, – звучно сказал диктор. – Счет до сих пор один ноль, в пользу команды «Неистового спрута». Кажется, Калоби пора готовиться к поражению.

Фостербек сжал кулак. Пальцы хрустнули, ногти впились в кожу. Будь ты проклят Бека. Подкинул гнилую наводку.

Игроки Низахнидов дружно бросились в атаку и перерезали почти всю команду противника.

– Вы только смотрите, что творится на поле! – комментировал диктор. – У бедных Калоби почти не осталось игроков. Да, сегодня явно не их день.

Фостербек опустил голову, развернулся и расталкивая кричащих болельщиков, направился к выходу. Смотреть, как на поражение команды Калоби выше его сил.

Он потерял квартиру, его жена и маленький сын окажутся на улице. Может, попробовать продать внутренние органы? На сколько их оценят?

У входа, сложив мощные руки на груди, стоял Бека, лысый смуглый верзила. Посмотрел на Слякоть, усмехнулся.

Фостербек отвел взгляд и хотел пройти мимо. Но в этот миг болельщики замолчали. В подвале воцарилась мертвая тишина. Фостербек остановился. Бека, продолжая скалить зубы, приложил пальцы к губам и показал на экран.

– Я не верю своим глазам! – закричал диктор. – Это невозможно! Голкипер Калоби прорвался через все поле и на последней минуте забросил мяч в ворота «Спрута»! Отбился от защитников и забил еще один мяч!

Фостербек застыл на месте. Болельщики взревели, так неистово, что, казалось, сейчас обвалится потолок.

– И за две секунды до окончания матча голкипер Одлан забивает третий мяч! – кричал диктор. – Смотрите, из всей команды на ногах остались только он и еще двое игроков! Счет три один, господа! Три один!

Фостербек сорвался с места и бросился к экрану. Он и сам не заметил, что вопит во весь голос.

– Поздравляю с победой команду «Синего клюва»! Они доказали, что невозможное возможно, – говорил диктор.

Фостербек, дико хохоча, кружился в танце. Рядом, спрятав лицо в ладони, рыдал болельщик, поставивший все деньги на победу Низахнидов. Киборги и дроиды бесстрастно смотрели на орущих людей.

Когда все немного успокоились, кто-то хлопнул Фостербека по спине. Он обернулся и заметил Беку. Хотел обнять на радостях, но здоровяк пихнул его в грудь:

– Тихо, тихо, смотри, не проболтайся.

Фостербек кивнул, чуть придвинулся и шепнул:

– Я все понимаю. Конечно, буду молчать. А когда можно забрать…

Но Бека глянул по сторонам и перебил:

– Есть еще одна жирная инфа. Про сегодняшние бои гладиаторов. Будешь участвовать?

Сначала Фостербек покачал головой и хотел спросить, когда забрать выигрыш. Но, сам не зная почему, сказал:

– Конечно, буду. Делаю максимальную ставку.