Легенды Отрезанного Простора (СИ)

— Представление? — тихонько переспросил Адхи под вечер, сидя возле костра. Емеля отлучился к реке набрать воды для похлебки. Кудесники резали припасенные еще в Звене овощи осеннего урожая. Весна-то во всех мирах считалась красивым временем, но голодным: сложенное в погребах постепенно иссякало, новое не созрело.

— Да, Адхи. Поучись ходить на руках и кувыркаться, если еще не умеешь, — кивнула Офелиса, вызывая крайнее недоумение.

— Но зачем? — захлопал глазами Адхи. Кувыркаться-то он всегда умел. Еще бы он не научиться такой полезной забаве! Праздно ходить на руках не случалось, но он бы тоже справился. Сильные руки служили исправно, помогая натягивать тетиву или управляться с лошадьми. А с недавних пор еще и белые линии сплетали в двери «проколов» между мирами. Задача не выглядела сложной, скорее, бессмысленной.

— Чтобы подобраться к придворному инженеру, — объяснила собеседница.

— Через барина получится ли? — засомневался Аобран, понимая задумку Офелисы. Адхи только сонно хлопал глазами, совсем не представляя, как устроен этот новый мир, но отметил, что в Вариюде очень много рангов и чинов. Здесь пастуху не полагалось быть одновременно воином и скотоводом. Каждому выдавали одну задачу, а за невыполнение наказывали, очевидно, те самые мифические приказчики и барин.

— Если ему понравится представление. Выбора у нас нет, — заключил Ледор. После нового приступа он совсем ослаб, и на траву из кибитки его пришлось выносить под руки. Но в свете костра было видно, что с осунувшегося лица уходит зеленоватый оттенок, а корни больше не бугрятся подкожными червями.

— Да, красивые у вас штуки по небу летают. Дирижабли. Кто же их такие придумал? Неужто и правда все благодаря придворному инженеру? — сладкоголосо протянул Аобран, когда Емеля принес ведерко и принялся переливать водицу в котелок, пропускать влагу через тонкую тряпицу, чтобы очистить от песка и ила. Адхи оценил осмотрительность пастуха. Впрочем, в мире, где по небу летали железные чудовища, наверняка догадывались, что не стоит хлебать горстями прямо из реки.

— Да-да! Все благодаря ему. Красивые, говорите? Ой, опасные штуки, честно слово, страшные они. Боюсь я каждый раз, когда над головой такая зависает, а много их стало! — посетовал Емеля. — Но люди умные говорят, что на них летать можно быстро-быстро. И если иной путь на повозке за неделю разве что одолеешь, то на этой штуке так за день-два. А весной и вовсе только на них стараются важные господа путешествовать.

Адхи вспомнил, как они убегали от ожившей тени по разбухшим колеям, двигаясь со скоростью течения в болоте, то есть почти никак. Со стороны, вероятно, погоня смотрелась крайне нелепо и смехотворно. Разве что кудесникам так не казалось, когда монстр принялся жевать полог кибитки. А при стычке с Хоргом удалось оценить, насколько опасно попасться в теневой водоворот, если даже прихвостень Разрушающего испугался.

— А как звать придворного инженера? — продолжила ненавязчивые расспросы Офелиса.

— Заморское имя, мудреное, — постучал себя по лбу Емеля, но вспомнил: — Марквин Сент…

— Морковное, — рассеянно протянула Чигуса, как раз дожевывая оранжевый овощ. Адхи невольно улыбнулся, хотя ему совсем не понравилось услышанное: подтверждались худшие предположения. Значит, враг и впрямь засел прямо в царском дворце или неподалеку в своей большой каменной юрте.

— Ладно, значит, будем звать Рыжеусого Марквином? Хотя, может, придворный инженер вовсе не он? А если он? Кто что думает? — совещались в кибитке Аобран, Ледор и Адхи перед отходом ко сну. Емеля же в ночи встретился с другими пастухами и что-то обсуждал на краю поля. Про взбесившийся табун он, похоже, решил пока не рассказывать.

— Но он был из Секты Дирижабля, как сказал Белый Дракон, — успел поведать о разговоре с незримым наставником Адхи. Ледор долго намекал, что не стоит верить усиливающимся галлюцинациям, мол, у него тоже порой в голове голоса возникали, когда он обучался магии. Может, и возникали, может, Белый Дракон с ним говорил по-настоящему, но недоверчивый кудесник все списал на повреждение рассудка.

— Да, и в Сваитане в последние годы развился именно этот транспорт, — сопоставлял факты Ледор.

— Это он. Хорг упоминал это имя, — мрачно заключил Адхи. И все же ему сделалось легче на душе: когда зло обретает имя, оно сбрасывает устрашающий панцирь неизвестности. Теперь-то он все знал про этого Марквина, да тот и не слишком скрывался, точно намеренно рассказывая о себе с тех пор, как заманил кудесников в свой мир, на свою территорию.

— Значит, нам надо добраться до главного придворного инженера, — пожал плечами Аобран. — Как и говорила Офелиса, мы едем к царю.

— Но пока нас там не ждут. Вернее, нас вообще нигде не ждут, — глухо отозвался Адхи, насупливаясь.

Он подтянул колени к груди и обнял себя руками. В голове метались мысли, самые разные и все больше неприятные: где-то у границ Сваитана велась война, враги выдумывали все новые ловушки, да еще Офелиса просила изображать дурачка на представлении и ходить на руках. Адхи не привык, чтобы над ним смеялись.

Если кто-то потешался над его промахами, то весельчак тут же получал по клыкам. Исключение делалось только для родителей и Дады, а теперь кудесники собирались дать представление на потеху какому-то барину. И наверняка даже простоватый пастух Емеля принялся бы смеяться над готовящимися трюками.