Прекрасные и Порочные

– Ты была тем, кто кричал слово «секс»! – шипит он.

– А ты был тем, кто родился, поэтому, думаю, в этом и корень проблемы.

– Корень проблемы – ты! Чертова. Душевнобольная.

– Это не суть! – я повсюду разливаю содовую. – Суть в том, видишь вон ту прекрасную задницу, которая оказалась моей подругой? Она интересуется тобой! Она самая добрая, привлекательная и чертовски симпатичная девчонка в школе, а я едва хорошо к тебе отношусь. Так что, если ты разобьешь её чистое девичье сердце, я вытащу твою поджелудочную железу через нос и скормлю её обратно через капельницу, вставленную в твой анус, это понятно?!

Он открывает рот, и впервые ничего язвительного из него не выходит. Он откидывается на спинку и складывает руки на рубашке.

– А что, если я тебе заплачу? – спрашиваю я. От него снова пахнет пряностями, мылом и медом, а всё это в целом не приносит пользы.

– Заплатишь за что?

– За то, что ты сходишь с ней на свидание. У меня есть сбережения, я могу...

Он посмеивается в своем ты-не-можешь-меня-себе-позволить стиле.

– Две сотни. Просто сводить её куда-нибудь и быть с ней милым как с Мэдисон.

Джек пристально смотрит на меня, его голубые глаза замораживают меня изнутри. Он расстроенно приводит в беспорядок свои волосы, и из горла исходит полурычание.

– Хорошо. Я схожу на свидание с Кайлой за две сотни.

Я тихо свищу, празднуя победу.

– Куда?

– В Красный папоротник. В субботу. В семь. Это Тайское местечко в центре города. Мне всё равно, есть ли у нее аллергия. Это единственное место, куда я могу пойти и не быть узнанным с моей эскортной работы.

– Круто. Безусловно, я тоже пойду.

– Что? – раздраженно произносит он.

– Я должна убедиться, что ты с ней мил, – улыбаюсь я. – И что мои деньги не потрачены зря! Она нуждается в этом больше, чем ты думаешь.

У меня с Джеком самые высокие показатели в игре, и к десятому кругу нас разделяют всего два очка. Он выбивает двойной страйк. Теперь мне нужно выбить три страйка подряд или всё кончено. Я поднимаю шар и дышу глубоко, пытаясь подстроиться под сумасшедшие громкие возгласы Кайлы и ощутимую поддержку Рена. Даже Эйвери фыркает мне, чтобы не испортила дело. Я выбиваю два страйка и в последнем круге смотрю на дорожку как на живую змею. Не кусай меня, дорожка. Ну же, мы ведь друзья, даже если ты рептилия, а я млекопитающее. У дружбы нет расовых границ.

Я поскальзываюсь, и шар бухается в выемку и удачно укатывается. Джек и я связаны посмертно – ничья. Рен и Кайла хлопают меня по спине, а Эйвери откидывает голову назад и снова пьет спиртное, пока переобувается.

– Может уже хватит, – говорю я.

– Это не твое дело, толстушка, – огрызается она. Кайла просовывает между нами голову.

– Не беспокойся, я отвезу её.

– И сведешь меня с ума, – вздыхает Эйвери. Мы с Джеком переобуваемся последними. Он вздыхает и пожимает плечами.

– Никто из нас не выиграл, но я мог бы. И мы оба знаем, что моя игра была тактически лучше. Твой стиль похож на огромный нелогичный беспорядок.