100 слов психоанализа [litres]

Тревога

Дыхание исчезает, сердце сжимается и колотится, пот становится холодным, как лед, лицо бледнеет… тело* по-своему дает знать о тревожной атаке. Ничто из внешней среды не оправдывает такого неожиданного состояния, тревога – это не страх, не боязнь чего-то. Враг находится внутри, речь идет о психической реальности, а не о материальной, однако чем сложнее избежать состояния страха, тем сильнее нарастает тревога. Что-то нарушающее линии защиты вырывается из бессознательного, что-то превышающее способности Я к проработке*. Сила тревоги варьируется от одной крайности к другой, будучи, с одной стороны, простым сигналом тревоги, указывающим на опасность, а, с другой стороны, превращаясь в резкое, пронзительное насилие, делающее жизнь настолько невыносимой, что появляется угроза ее прерывания. В то же время случается, что траектория тревоги вследствие выведения из строя психического аппарата, как бывает при коротком замыкании, делает невозможным прохождение тревоги через психику, и тогда она проникает сразу в тело ценой «соматизации».

Из всех аффектов, ощущений, отмеченных удовольствием или неудовольствием, тревога является самой обнаженной и наименее определенной; по крайней мере, в своей первой фазе она является аффектом неизвестного происхождения. Однако это длится недолго. Тревога цепляется за первую идею, за первый образ, дающий ей иллюзию, что этот образ «знает» причину. «Знание» позволяет тревоге превратиться в страх, в фобию*. Список фобий нескончаем: если единственным страхом является боязнь летать самолетом, защита от тревоги находит отличное решение: чтобы избежать ее появления, достаточно выбрать другой вид транспорта или вообще не покидать родные места. Возможно, сепарация с родной страной, собственный крик при рождении, само рождение являются прототипами всякой тревоги.