Электронная книга - «Новое Начало в Новом Мире (СИ)». Краткое содержание книги:
Однако она всё ещё была жива, и дышала, наполняя морозный воздух облачками густого пара. Значило ли это, что он не собирался убивать её, предварительно не посмотрев ей в глаза? Версия имела право существовать, но если так, почему он медлил?
«Он ждёт. Хочет, чтобы я выбрала» – подсказала очнувшаяся от дрёмы Охотница. Что-то в мозгу Лекси щёлкнуло и кусочки мозаики встали на свои места. И таинственное исчезновение Шрама, свалившего в туман на несколько месяцев, и его «внезапное» появление именно в ту ночь, когда она решила прогуляться на природе – всё обрело просто и логичное объяснение. Он вовсе никуда и не исчезал. Он всё время был рядом и наблюдал за ней, благодаря бесподобным навыкам скрытности. Её партнёр хотел дать ей выбор. Возможность вернуться к прежней жизни. Что она, собственное и попыталась сделать, потерпев сокрушительную неудачу.
Глядя на мускулистого, рептильного гуманоида, возвышавшегося над ней, женщина, неожиданно для себя поняла, что если бы она продолжила своё затворничество, он так бы и не подошёл к ней. Крутился бы где-то поблизости, наблюдал издалека, быть может даже защищал бы, возникни такая необходимость. Но не подошёл бы. Потому уважал её выбор и право вернуться в привычный для себя мир и вести ту жизнь, которую она вела до встречи с ним. Это было благородно так и очень по-охотничьи. В лучших традициях.
Вот только Алексе благородство Шрама и на хрен было не нужно! Ей нужен был он. И только он. Вместе с осознанием женщина ощутила, как в ней поднимается гнев. Он сомневался в ней. Допускал возможность того, что она решит оставить его, отринув ту связь, что между ними возникла. Поэтому сейчас он ждал, что она решит. Выберет ли испуганное бегство и пили шаг навстречу и прикосновение. Ему было жизненно необходимо, чтобы она сама, по своей воле преодолела остававшееся между ними расстояние.
И это ужасно разозлило Алексу. Как разозлил её и тот факт, что ей снова нужно о чём то догадываться сейчас,в вот в таком разобранном состоянии. Гнев толкнул женщину навстречу хищнику и она решительно преодолела оставшиеся три шага. Увязая в глубоком и рыхлом снегу она громко пыхтя от напряжения и злости, заставлявшей раздувать ноздри, подобно взбешённой лошади.
После минуты того, что со стороны должно было выглядеть как борьба с собой, воплощённая в одновременном столкновении желания приблизиться к Шраму и бежать от него, со всех ног, Алекса встала вплотную к нему, задрав голову и вглядываясь в прорези маски, за стеклом которой сверкали жёлтые глаза. Хищник всё же дождался её. Неподвижный великан замерший среди присыпанных снегом елей – он был красив, как должно быть, был бы красив снежный барс ирбис, если бы они обитали в этих краях.
У хищников из мира дикой природы была своя, совершенно особенная красота, которая завораживала и вселяла дрожь в одно и то же время. Шрам обладал тем же типом красоты но при этом Алекса и не подумала держать «на безопасном расстоянии» от него, как сделал а бы, наверное, со снежным барсом. Она решительно взяла хищника за запястье, и не без труда поднесла его отягощённую весом наручных клинков руку к своему лицу, прижав указательный палец к метке, которую он же оставил на её щеке.
Это был их жест. Его значение могли понять только двое во Вселенной и Лекси не сомневалась, что партнёр поймёт то, что она хотела ему сказать, но не находила для этого ни слов, ни даже голоса. Напряжение момента буквально заставило женщину онеметь.
Мгновение Шрам просто смотрел на неё, а затем зеркально повторил её жест. Когда его толстые, но, вместе с тем, ловкие пальцы сжались на её запястье, сердце шатенки вздрогнуло, ну а когда её обтянутая тёплой перчаткой рука оказалась прижата к отметине, выгравированной на металлической поверхности маски, и вовсе с трудом сдержала нервный смех облегчения. Они воссоединились.
Ведь всё было хорошо. Шрам никогда не бросал её. С минуту и дольше они просто стояли вот так, разделяя мгновение единства и связи, которую ничем было не порвать. Затем, Алексе стало мало и этого, и она потянулась к застёжкам маски, желая увидеть лицо своего возлюбленную. Ну, если это, конечно, можно было назвать лицом. Благодаря опыту, пережитому в Антарктике, она точно знала, как обращаться с крепежом, но за прошедшие месяцы немного подрастеряла навык, а потому возилась чуть дольше, чем того можно было ожидать. В конце концов ей всё-таки удалось справиться с тяжёлым боевым шлемом хищника и повесить к нему на пояс.
— Алекса, – мёртвым, голосом, проскрежетал Шрам, когда её освободившаяся от перчатки ладонь коснулась его подбородка и скользнула вверх, задевая пальца ми шевелившиеся, лицевые отростки. Они возбуждённо извивались, словно в попытке оставить поцелуй на поверхности её кожу, но женщину их движение совершенно не пугало, а напротив – казалось приятным и интригующим.
Добравшись до отметины на его лбу, мулатка на несколько секунд прикоснулась к ней пальцами, после чего скользнула рукой в обратную сторону. Снова проследила выступающую скуловую кость, переплелась на пару секунд со жвалами, почесала под подбородком… после чего со всей силы впечатала кулак в страшенную физиономию удивлённого хищника. Шрам такого не ожидал.
— Это за то, что оставил меня одну! – воскликнула она, скривившись от боли. Кости у Шрама были гораздо прочнее её собственных, так что физически Алекса пострадала от удара даже больше чем тот, кого она ударила. Чего нельзя было сказать о вреде моральном. Самолюбие хищника явно оказалось задето её поступком, о чём незамедлительно заявил, громко зарычав на неё.
— Нет, ну вы посмотрите, он ещё и огрызается! – воскликнула женщина, бесстрашно глядя на нависшего над ней Шрама. Ещё минуту назад такое его поведение наверняка встревожило бы её, но сейчас, после ритуала прикосновений, который они только что совершили, Охотница полностью пробудилась и завладела её сознанием. А Охотникам, как известно, неведомы сомнения и страх.
Впрочем, её супруг (раз уж у них сейчас происходила самая обычная семейная ссора то Алекса решила, что вполне имеет право называть его таким образом) по своей хищьей привычке попытался подавить её и зарычал ещё громче, раскинув жвала и руки в разные стороны. От его рычащего скрежета, снег посыпался с ближайших ветвей, а где-то в лесу испуганно захлопали крыльями совы и тоскливо завыли волки, предчувствовавшие скорую погибель. И только человеческая женщина осталась на прежнем месте.
— Нет, а чего ты ждал, исчезая так надолго? – продолжила она гнуть свою линию, для убедительности уперев руки в бёдра и подавшись вперёд всем корпусом. – Сцены из слезливого женского романа, где главная героиня падает на грудь непонятно где пропадавшему возлюбленному и, полив его слезами и испачкав помадой, отдаётся и телом и душой? Дарит лучшую ночь в жизни?
Шрам, кажется, опешил, от такого обилия непонятных слов. Его маска ещё на протяжении нескольких секунд продолжала шипеть и щёлкать, переводя слова Алексы. Видимо, даже инопланетный компьютер «завис», отыскивая подходящие аналоги в базе данных.
— Не знаешь что такое женский роман? – сочувственно осведомилась женщина, и, предсказуемо не получив никакого ответа, продолжила. – Не страшно. Я тебе потом почитаю. И «Ромео и Джульетта», и «Унесённых Ветров», да много чего ещё. Но сначала, я хочу чтобы ты зарубил себе на носу, которого у тебя всё равно нет, что ты не должен так исчезать не предупредив меня. Ни-ког-да.