Мама для Совенка [часть первая]
- Автор: Боброва Екатерина Александровна
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Мама для Совенка [часть первая]». Краткое содержание книги:
Звери обогнули, пройдя буквально в полуметре, и потрусили дальше. На остановившихся людей им было глубоко начхать. Хвосты и те не дернулись.
Собаки, — решила Юля. Непривычно, правда, что домашние животные разгуливают по зоопарку, да и вид у них… диковат.
— Шальяры, — с восторгом прошептал деть, — на охоту вышли. Пошли посмотрим, кого они выслеживают, — и он потянул ее за рукав.
— Погоди, — Юля притормозила Совенка. Неужели не собаки? Тогда кто? По коже морозом прошло понимание, что встреченные звери скорее относятся к волкам, чем к собакам. Тогда почему они отреагировали столь равнодушно? Непонятно.
— А мы им не помешаем? — спросила с сомнением, не горя желанием выяснять подробности охоты.
— Не-а, — протянул Аль, — они привычные. На людей не обращают внимания.
— А если обратят? — заинтересовалась девушка. — Могут же поранить.
— Как? — фыркнул деть. — На нас защита, они ее не пробьют.
Защита? То есть, если какая-та тварь решит подзакусить человеком, она обломает об него зубы, — поняла Юля. Успокаивает, но не полностью. А потом в голову пришла следующая догадка, и разом расхотелось идти дальше.
— Погоди, у вас все звери гуляют просто так?
— Конечно, — озадачился деть, — разве у вас нет?
— Не совсем, — не стала вдаваться в подробности Юля, бросая настороженные взгляды по сторонам. В голове разом промелькнули кадры из «Юрского периода», и прогулка перестала казаться невинной.
— Не хочешь смотреть охоту, пойдем к лойсам. Тебе понравится, — предложил Аль, заметив, что она напряглась.
И снова этот выбор. С одной стороны — деть спокоен и явно бывал здесь не один раз, с другой — кто знает, насколько защита работает. Но и паниковать без причины не хотелось. И Юля согласилась испытать на себе нрав лойсов.
У лойсов ей понравилось. Парнокопытные животные серо-желтой окраски спокойно паслись на лужайке. Они подпускали к себе, брали из рук траву, лишь гладить не позволяли, отступая от протянутой руки.
Юля успокоилась и позволила вести себя дальше. Животных в парке было много, в основном, конечно, не хищники. По скалам ползали мелкие родственники вальшгасов. В траве мелькали грызуны. По веткам деревьев порхали птицы. Гладь озера величаво рассекали местные лебеди розового окраса. Юле с Альгаром удалось разглядеть в кустах семейку пугливых животных, похожих на диких свиней. Но были и совсем странные звери, ничем не напоминавшие земных. Большинство, завидев посетителей, убиралось с дороги. Нападать никто не спешил, и Юлю это вполне устраивало.
В комнаты они вернулись, когда день клонился к закату. Усталый деть прошел в спальню, растянулся на кровати. Юля подошла, поцеловала Совенка в лоб, накинула одеяло. Сердце сдавило болью при мысли о том, что она собиралась сделать.
— Я к себе, — шепнула, голос дрогнул.
— Ага, — сонно зевнул малыш, ничего не заметив, — до ужина.
Девушка вышла, кинула прощальный взгляд на Альгара. Ей так хотелось навсегда запечатлеть в памяти курносый носик, густую шевелюру серых волос и серые круглые глазенки. Возвращаться она не планировала.
Как в тумане добралась до своей комнаты. На диване ждал сюрприз — вычищенная одежда. Родные джинсы, кофта — от всего это повеяло домом — аж слезы на глаза навернулись. Быстро переоделась, и собственная одежда, точно доспех, придала сил. Пусть высочества идут лесом с их планами. Она будет сбегать столько раз, сколько понадобится, пока им не надоест ее ловить.
Взгляд зацепился за скорлупу ореха, которую она оставила на столике. Рука сама потянулась ее взять, и холод скорлупы проник под кожу, пополз выше, впиваясь в сердце. Совенок… Как он без нее? Ему так одиноко без мамы, а все эти многочисленные дяди и братья ничего не смыслят в воспитании, только и умеют, что орать и наказывать. А он такой слабый, маленький и глупый…
Нет, она не может остаться. Мама не переживет ее исчезновения.
Внутри билось, раздирая на части:
Совенок.
Мама.
Совенок.
Колючками разрасталась боль. Сердце, казалось, рвалось пополам. Два родных человека боролись друг с другом.
Она не могла уйти, не могла остаться. Господи, как больно делать выбор. Сердце истошно билось, норовя выскочить наружу. Мир застилали слезы. Юля заметалась. От порога и обратно. Боль жглась в каждой клетке тела, силы таяли, еще немного и она упадет. Это конец, — мелькнула мысль.
— Тише, — Юля дернулась, высвобождаясь из объятий, но ее поймали, крепко прижали к груди, — куда собралась, глупая?