Электронная книга - «Нелюбимая». Краткое содержание книги:
Не то что бы я простила своему мужу все его выпады и выходки, просто то, что он там, а я — здесь, по ночам казалось мне настоящей глупостью. В тот день, когда мы ссорились, я действительно была готова уйти, просто развернуться и уйти, даже вещей никаких не брать с собой, но теперь, когда эмоции немного утихли, прежней решительности к побегу я в себе уже не нашла.
Наверное, это и есть та любовь, вернее, одна из ее граней, которая пробивается даже через боль. По нормальному стоило бы забрать вещи, тихонько уйти, а затем подать на развод. Так сказать, не сошлись характерами. Боже, как же меня бесит эта бездушная, сухая формулировка! Но в определённой степени именно она нам и подходит. Что-то вроде, когда вся душа вытрушена, тебя знобит, но подавать виду, что всё откровенно плохо, не хочется. Вот тогда-то это «не сошлись характером» и приходит на помощь. Безликое, а главное безболезненное словосочетание, к которому люди даже не придерутся и непременно сразу же переведут тему разговора в другое русло.
Но я продолжала лежать в своей кровати, даже не допуская мысли о том, чтобы уйти. Может, со мной что-то не так и меня тянет к мазохизму? Но искать лёгкого пути я категорически не хотела. Проще всего взять и убежать от ответственности, от проблем. А дальше что? Так же уходить, как только начнет назревать новый конфликт? Это несерьезно и неправильно. У ребёнка должна быть полноценная семья и дать ему это могут только родители.
Осознавая всё это, я начала лучше понимать, почему именно скучаю по Герману. Здесь таились не только личные причины, но и вполне объективные. Когда всё это немного расставилось по своим местам, мне стало даже как-то легче. Не то что бы прям совсем, но существенно.
Сон выдался какой-то немного неспокойный, поэтому уже ранним утром я была на ногах. Настя еще спала, и я не собиралась ее будить. Человек и так пренебрёг своим личным временем и приехал сюда ради меня, нужно же ведь иметь совесть. Пусть отдохнет.
Предрассветное небо обещало на сегодняшний день хорошую ясную погоду. Ветер отсутствовал, вселяя какое-то необычное чувство умиротворения. Спустившись на первый этаж, я прошла на кухню, чтобы взять несколько мандарин. Справившись с этой нетрудной задачей, я на редкость довольная и вдохновлённая, собралась вернуться к себе в комнату, чтобы немного поработать.
Вдруг открылась входная дверь, впуская в дом холодный зимний воздух, что практически тут же растаял, едва успев коснуться моих ног. Герман вернулся. Я замерла на месте, чудом не выронив мандарины. Очевидно же было, что рано или поздно мы должны встретиться. Более того, меня больше устраивал именно вариант «рано». Тогда почему меня вдруг охватило такое странное чувство оцепенения? Наверное, я просто совсем иначе представляла нашу встречу и уж точно в моих мыслях она не должна была произойти ранним утром.
Судя по удивлённому взгляду мужа, он тоже не рассчитывал меня застать уже бодрой и готовой к новому дню. Немая сцена как-то неприлично затянулась. Ну и что принято делать в таких случаях? Просто сделать вид, что ничего не произошло? Не получится. Слишком много боли мы вывалили друг на друга, чтобы так просто забыть. Но, пожалуй, в эту самую секунду не стоит сразу вот так рьяно прикасаться к неприятной нам двоим теме.
— Могу разогреть тебе вчерашний ужин, — тихо отозвалась я, банально не зная, что еще, можно сказать.
— Было бы неплохо, — Герман спрятал руки в карманах брюк и несмело улыбнулся. Ему тоже было неловко.
— Хорошо, — я развернулась и вместо того, чтобы уйти в спальню, как планировалось до этого, тихо вернулась на кухню.
Тишина неприятно ударяла по ушам, пока я пыталась собраться с мыслями и разогреть завтрак. И почему я вообще решила за это взяться? Увидел бы кто-то меня стоящей у плиты, расхохотался прямо в лицо. Вроде как непринято хозяйкам дома готовить и вообще ошиваться на кухне, но я никогда не видела в этом ничего дурного. А что? Такое ощущение, будто взяв тарелку в руки, ты этой тарелкой кого-то убьешь. Дурацкие порядки.
Понадобилось несколько минут, чтобы сориентироваться, а потом только дело сдвинулось с мёртвой точки. Пальцы немного подрагивали только от одной мысли, что Герман дома. Ну почему с нами всегда так? Почему не бывает легко? То ли я ненормальна, то ли Зацепин, то ли мы оба.