Заложница поневоле

Ульяна мнётся на месте, кусает губы и старательно избегает со мной зрительного контакта. Я стал замечать, что она надевает исключительно скромную одежду, без вызывающего декольте или открытой спины. А еще с длинными рукавами. Даже когда в офисе тепло.

— Сегодня у вас только одна встреча. Ужин с японцами в шесть вечера. Название ресторана я уже скинула вам в почту.

— Хорошо, можешь идти обедать.

Ульяна уходит, я выключаю компьютер, разминаю затекшие мышцы и потом выхожу из кабинета. И очень удивляюсь, замечая Ульяну, хотя она уже должна уйти на обед. Она стоит на носочках и тянется к верхней полке, чтобы поставить папку на место. Размашистыми шагами направляюсь к ней, останавливаюсь аккурат за её спиной. Ульяна меня не замечает, а я, пользуясь случаем, втягиваю её аромат. Дышу ей. А потом тянусь рукой вперед, накрываю её руку на миг, чтобы забрать папку. Ставлю на место. Ульяна замешкалась на секунду, и этого времени мне хватает, чтобы вцепиться взглядом в рисунок на её руке. Как раз в том месте, где должна находиться вена, и шрам.

Не позволяю Ульяне опомниться, перехватываю её руку, разворачивая к себе. Она испуганно вжимает голову в плечи, отступает на шаг назад, упираясь спиной в шкаф, и смотрит на меня, как на врага народа. Боится.

— Что вы делаете?

Закатываю рукав ее платья, открывая вид на руку и рисунок, который она нанесла. Эта дура набила на руку татуировку, чтобы скрыть шрам!

— Отпустите!

— Что это? — игнорирую её вопрос. — Ты охренела? — не понимаю, что это на меня нашло. Почему так реагирую на простой рисунок.

Но, черт, это не просто рисунок, это татуировка. Рисунок можно убрать, а вот татуировку — нет!

— Ты хоть понимаешь, что натворила?

— Отпустите!

— Ты понимаешь, что татуировка навсегда останется на твоем теле? Её не сотрешь, как шрам или рисунок! — кричу, нет, ору. Кажется, рядом с нами столпился народ. — Что вы все стоите? Все марш в столовую! — кричу, будто на детей в детском саду.



Сжимаю её руку и просто тащу за собой в свой кабинет. Отталкиваю её от себя. Девчонка явно не ожидала от меня такого взрыва, потому что едва успевает сохранить равновесие. Поворачивается ко мне, в глазах стоят слезы. Но меня не разжалобить этим. В миг настигаю её, припечатываю к стене, уперев руки по обе стороны от её головы.

— Ты понимаешь, что означает “навсегда”? Понимаешь?

— Понимаю, — слабо отвечает она. Смотрит то на глаза, то на губы. Её губы так и манят меня к ним прикоснуться. Ртом.

— Твое тело создано, чтобы поставить в нем свой печать, клеймить тебя кровавыми засосами, а не шрамами или такими татуировками.