Мы — можем!
- Автор: Морозов Евгений Александрович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Мы — можем!». Краткое содержание книги:
Евгений Александрович до сих пор, несмотря на солидный возраст, остается на вахте, продолжает нести нелегкую и порой опасную службу спасания на море. Его именем названо одно из судов морской спасательной службы.
Наступил решающий день.
Над морем, как назло, лег густой туман. Исчезли дальние мысы, грек, суда на рейде. Восходящее солнце едва выделялось светлым пятном в безликой белой невесомости. Но нас уже было невозможно остановить. Двоих оставили готовить обед, остальные погрузились в мотобот. Проверили переносную радиотелефонную станцию. В таком тумане заблудиться легче, чем выпить стопку водки перед обедом. При помощи радиосвязи и локатора штурман с «Эпрона» навел нас на АС. Затем таким же способом подошел танкер. Видимость порой не превышала ста метров, но вчерашний настрой не покинул капитана танкера. Он действовал четко и решительно. Капроновыми швартовами подтянулся к борту АС, так, что горловины танков пришлись как раз против выреза в борту АС. Наши ребятишки начали развертывание техники. В машине подвесили две переносные люстры, запустили мотор электростанции. Сразу стало светло и удобно. Водолазы оснастили примитивное грузовое устройство и, покрякивая на оттяжках, втащили в дыру два специальных насоса, которые могут перекачивать любую гадость, вплоть до мазута, что и требовалось в нашем случае.
Раскатали шланги, подсоединили, концы заправили в горловины танков. Потом взревел дизель блока питания, и мазут с чавканьем поплыл в танки. Мы тем временем открывали клинкеты, сливали все, что могло течь, под откачку и готовили судно к выжиганию.
Мотобот сбегал на хутор, вернулся с обедом. Перекусили по очереди, чтобы не прерывать работу. Туман к этому времени рассеялся полностью. Солнце жарило вовсю, и кружка при бидоне с молоком была постоянно в действии.
В машинном отделении мы набросали досок и реек, оставшихся от разбитой обстройки помещений. Они должны были послужить растопкой. Кроме того через дыру в сепараторную затащили две бочки напалма и бочку бензина.
К вечеру танкер осел глубоко в воду, приняв добрых триста тонн мазута. Больше он не мог взять. Начали демонтаж техники. Отсоединили шланги. Вытащили насосы. Все это хозяйство пропарили, промыли, оттерли и уложили по-походному на палубе танкера. Уже темнело.
При свете переносных люстр затащили бочки с напалмом и бензином в машинное отделение АС. Аккуратно открыли пробки и перевернули бочки. Напалм жирными шлепками лениво падал в тень настила на черную поверхность жидкости. Аварийная партия разбрасывала остатки ветоши и обломки дерева по настилу сепараторной. Время уже поджимало. Сняли люстры, такелаж и дали танкеру команду на отход.
На борту АС осталось пятеро надежных парней из аварийной партии. Остальные спустились в мотобот, ошвартованный под дырой. Мы еще раз проверили все судно. Потом два молодца вылили бензин из бочки в темную бездну машины и тоже покинули АС. Все это делалось уже при свете ручных фонариков. В последнюю очередь по настилу сепараторной разлили соляр. Вывалили туда же ведро напалма. Открыли кран из цистерны дизельного топлива, и соляр зажурчал, стекая в машину.
Пришел черед и нам с Володей Давыдовым — начальником морспецформирования — прыгать в мотобот. Ребята уже торопили нас. Володя прыгнул. Я хотел поджигать из сепараторной, но Кузьмич заорал на меня, и мне пришлось тоже спуститься в мотобот.
Отдали швартовы, удерживаясь ходом. Стоя на носовой банке, я рванул фальшфейер, и, когда из него брызнуло красным огнем, метнул в черный провал сепараторной. Мотобот относило, но я успел зажечь и швырнуть в дыру еще один фальшфейер. Из дыры потянуло дымом. На воду легли красные отблески. Мы медленно двигались к носу АС, где стоял бонопостановщик «Аэгна».
День пролетел как один миг. Близилась полночь. Ребята ликовали. Всем до чертиков надоел этот грек. Наконец-то мы его подпалили! На «Аэгне» тоже радовались. Мы объяснили им, что от них требовалось. Ветер дул с берега. Боны имело смысл ставить только с подветренной стороны. Потом следовало отойти в сторонку и, стоя на якоре, наблюдать за горением.
Из дыры в борту вдруг перестал выходить дым. Ребята встревожились.
— Плохо дело, Женя, — сказал Володя Давыдов, и почесал свою плешь рукой, запачканной мазутом. На загорелой коже остались черные полоски.
— Плохо дело, сгорели твои фальшфейера в сепараторной, а до машины огонь не дошел. Придется снова зажигать!
Но не успели мы отвалить от «Аэгны», как из трубы грека густо повалил черный дым, а затем вырвалось пламя. Мы развернулись и пошли к дыре. Из нее снова потянуло дымом, а когда мотобот поравнялся со срезом надстройки, фукнуло жирное пламя — вспыхнул напалм. Корму АС мы уже обходили, соблюдая приличную дистанцию. Дым и огонь мощно били из трубы и из светлых люков МО. Мы легли на курс к причалу, но все, кроме моториста, не отрываясь, смотрели за корму, на горящее судно. Пламя плясало в дверях надстройки, вырывалось из иллюминаторов и люков. Когда мы отошли от грека на добрую милю, над его надстройкой встал огненный столб высотой метров двадцать.