Голливудская Грязь (ЛП)
- Автор: Торре Алессандра Р.
- Язык: русский
- Переводчик: "https://vk.com/book_in_fashion"
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Голливудская Грязь (ЛП)». Краткое содержание книги:
— До конца этой недели. Твой трейлер прибудет сегодня днём. Так что полегче с пивом, нам нужно будет через несколько часов добраться туда.
Я закатила глаза, допила бутылку, наклонилась и поставила её на крыльцо рядом с ещё одной пустой. Откинувшись на спинку кресла, зажала ладони между бёдер и закрыла глаза. Мой трейлер. Какое чуждое понятие. Бен рассмеялся, когда я спросила, будет ли у меня такое же кресло, как у режиссёра, с моим именем на спинке. Очевидно, их не существует в реальном мире Голливуда. По-видимому, трейлер – это то, что надо, место, где я могу закрыть дверь и остаться одна посреди полного безумия. Звучит как место, где будет очень одиноко. Что заставляет меня пожелать, впервые в жизни, чтобы у меня был друг, кто-то кроме мамы, чтобы похвастаться и похихикать внутри. Кто-то, с кем можно поделиться впечатлениями. Кто-то кроме гея, который очень скоро собирался меня бросить.
— Надеюсь, ты приняла необходимые меры, чтобы не залететь? — внимательно посмотрел он на меня. — Потому что в противном случает ты точно идиотка.
— Нет, — быстро ответила я. Это было первым, о чём я позаботилась. Проехала аж до Таллахасси, чтобы купить таблетки для экстренной контрацепции, только чтобы не пришлось объясняться с половиной города. И не сказала Бену о коробке презервативов, которую тоже купила. Я всё ещё ругала себя за эту импульсивную покупку.
— Дерьмо, — заметил Бен рядом со мной. — Может, тебе сто́ит выпить ещё? — я взглянула на него и вопросительно вздёрнула брови. — Ты хандришь, — объяснил он.
— Я не хандрю, — проворчала я, ещё раз доказывая его правоту.
— Ты затащила в постель кинозвезду. А после должна была устроить грёбаную вечеринку и похвастаться в твиттере. Чего тебе не следует делать, так это хандрить, особенно когда ты сама вышвырнула его из дома, как бейсболист мяч.
— Не думаю, что это выглядело именно так, — вздохнула я. — Скорее это немного смахивало на психическое расстройство.
— Без обид, но все женщины немного сумасшедшие.
— Без обид, — уставилась я на него, — но все геи склонны к резким оценкам.
— Виновен по всем пунктам, — улыбнулся он мне, и я не могла не улыбнуться в ответ. Потом снова откинула голову на спинку кресла.
— Серьёзно, Бен, насколько я всё испортила?
— Трахнувшись со своим партнёром? — засмеялся он и потянул за подол рубашки, встряхнув несколько раз, чтобы охладить грудь. — Сладкая, это будет не Голливуд, если в какой-то момент партнёры по съёмкам не заведут интрижки. Ничего страшного. Просто не позволяй этому влиять на твою работу.
Работа. Мне и без этого хватало проблем. А что касается Голливуда? Насколько я могла судить, я была совсем не такая. Захотелось ещё пива, но голова и так уже начала немного кружиться. Нетерпеливо взмахнув рукой, я попросила у Бена его воду. Он передал её мне, и я сделала большой глоток, а затем неохотно возвратила воду ему.
— Ничего страшного, — повторила я его слова и попыталась найти в них утешение.
— Точно. Просто не позволяй этому повлиять на твою работу, — ещё раз сказал он.
— Да уж, — пробормотала я. Хорошо, что в фильме я играла женщину, которой не нравился персонаж Коула. Это, чёрт возьми, должно сделать всё намного проще.
Я закрыла глаза и попыталась дышать нормально, чтобы позволить стрессу раствориться в жарком летнем воздухе. Как я ни старалась, образ Коула не выходил у меня из головы. Не тот, где он без рубашки стоял в изножье моей кровати, и его рука тянулась к моей лодыжке. А тот, где мужчина застыл на моей кухне, и в его глазах плескалась слабость и ранимость, а голос срывался… Я запомнила именно этот образ. Когда сказала ему уйти. Когда затеяла ссору, накричала на него и сделала всё возможное, чтобы выставить его за дверь, только чтобы не сдаться и не обнять бедного парня.
Я понимала, что такое обман, понимала, что такое предательство, через которое проходишь, когда узнаёшь об этом. Понимала, с какими падениями борется твоя самооценка, когда ты пытаешься найти объяснение случившемуся, как одиночество преследует тебя по ночам, когда ты оплакиваешь будущее, которое в одно мгновение исчезает.
В ночь после того, как узнала о Скотте, я поцеловала Тима Джеффриса. Я никогда никому об этом не говорила, ни маме, ни даже Хоуп Льюис – единственной подруге, которая осталась после адского предсвадебного ужина. Мне хотелось ей всё рассказать, но потом её бойфренду предложили работу в Атланте, и Хоуп уехала. Я поцеловала Тима Джеффриса, не сняв с руки кольцо с бриллиантом огранки «принцесса», сверкающим в платиновой оправе. Потная рука Тима коснулась его, когда он схватил мою руку и подтолкнул её к промежности, обтянутой джинсами. Мы сидели на переднем сиденье его грузовика, позади Circle K,1, его перекур затянулся, а моя остановка на заправке грозила превратиться в катастрофу. Тим был моей школьной страстью, которая угасла после одного-единственного свидания, он улыбался так, как мне нравилось, а я была слабой и уязвимой. Когда Тим спросил, не хочу ли я покурить, я ответила «да», хотя и не курила, к тому же почувствовала надвигающиеся неприятности. Он, должно быть, учуял что-то во мне, запах отчаяния, неуверенности. Я сомневалась. Но подумала, что он достаточно смел, чтобы попытаться, и чувствовала себя достаточно подавленной, чтобы принять это.
И теперь я ничего не могла поделать с тем, что была похожа сейчас на Тима Джеффриса. Упитанного «я-использую-его-потому-что-он-сейчас-рядом и брошу-его-позже» Тима Джеффриса. А Коул был точно, как я, – слетевшим с катушек, полным всепоглощающей и жгучей болью от предательства, на пути к своему собственному адскому ужину.
Последствия ужина накануне моей свадьбы преследовали меня на протяжении трёх лет. Они взорвали маленький городок, расположившийся на землях Джорджии, но он пострадал не так сильно, оставив после себя единственную его жертву – сердце южанки.
ГЛАВА 60
Съёмки должны были вот-вот начаться, и я, наконец, подписала проклятый контракт, в который Скоттом и Коулом трижды вносились поправки. Мои полмиллиона долларов в конечном итоге превратились в четыреста тысяч с бонусом в сто тысяч долларов, когда фильм достигнет определённого порога прибыли. Скотт заверил меня, что порог этот будет перейдён. Не то, чтобы он был в курсе всего кинематографического дерьма, но Бен да и я тоже доверяли ему, поэтому я подписала бумаги. От Коула не было слышно ни слова, и я не видела его за те три раза, что ездила с Беном на площадку – старую стоянку супермаркета, теперь заполненную пустыми трейлерами, палатками и указателями. Все остальные должны приехать в начале следующей недели. Вот тогда-то и начнётся безумие.
Я была готова, мне не терпелось, чтобы все оказались здесь, чтобы начались съёмки. Потому что чем скорее это произойдёт, тем скорее всё закончится. Тогда я смогу открыть себе кругленький банковский счёт и покинуть это место. Оставить маме приличную сумму и начать с чистого листа. Мне двадцать девять лет. Давно пора покинуть старое гнилое гнездо.
Я припарковала свой грузовик рядом с площадкой в месте, обозначенном указателем «ДЛЯ АКТЁРСКОГО СОСТАВА» и почувствовала лёгкое волнение. Красный уродливый монстр Коула стоял на парковке на его персональном месте, маркированном его именем, так что любой, кто собирался устроить против него вендетту, точно знал, куда идти. Так глупо. Так эгоистично. Я вылезла из кабины, мои новые шлёпанцы стукнулись о твёрдый асфальт, недавно заново уложенный, потому что Голливуд не может парковаться на потрескавшемся тротуаре, захлопнула дверцу и засунула свой новый сотовый телефон в задний карман шорт.
— Очень мило с твоей стороны так нарядиться, деревенская девчонка.
Я оглянулась через плечо. Коул вышел из двери ближайшего трейлера, принадлежащего Дону, и сбежал вниз по ступенькам в белой рубашке на пуговицах, слаксах и в начищенных чёрных туфлях.