Порожденная Грехом (2)
- Автор: Рейли Кора
- Серия: Грехи Отцов #2
- Язык: русский
- Переводчик: "books_translation"
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Порожденная Грехом (2)». Краткое содержание книги:
Я не мог поверить, что был настолько глуп, что доверился этим ублюдкам. Хотя «доверился» не то слово. Я не совсем доверял им. Я доверял их страху перед их Капо. Конечно, я думал, что Капо принял меня. А может, и нет. Возможно, это была его уловка, но сейчас не время ломать над этим голову. Сначала я должен разобраться со своими противниками.
Я подкрался ближе к дому, но последние несколько шагов от сарая до двери были без защиты. Единственным вариантом было дотащить Пеппоне до машины и вернуться в Нью-Йорк, не уничтожив двух Кочевников.
Но это не вариант. Они представляли опасность для Марселлы, и я не допустил бы этого, даже если бы меня убили, защищая ее.
Я бежал быстрее, чем когда-либо в своей жизни, и со всей силы бросился к двери. Оказавшись внутри, я сразу же начал стрелять, пока у меня не кончились патроны и я не спрятался в узкой ванной. К счастью, прошло еще несколько минут, прежде чем выстрелы Кочевников прекратились. У них либо закончились патроны, либо они просто перезаряжались. Выяснить это можно было только одним способом.
С боевым кличем я вскочил и бросился на кухню, где прятался один из противников. Он атаковал меня осколком от разбитого окна, но я больше не ощущал боли.
Через тридцать минут я вышел из дома с победой, убив обоих противников, но с порезом на руке.
Измученный, страдающий и кипящий от боли, я вернулся туда, где оставил итальянских друзей. Один из них точно был мертв, но Пеппоне шевелился. Я наклонился над ним, направив пистолет, который взял у одного из байкеров, ему в голову. Его глаза затрепетали и, наконец, открылись, а затем сразу же скосились, когда он сфокусировался на стволе.
— Привет, солнышко, — прорычал я с холодной улыбкой. — Думаю, нам нужно поговорить.
— Отвали, — прорычал он.
Я надавил ногой на его грудину, перехватив его дыхание.
— Что это было? — спросил я, сузив глаза.
— Я не стану с тобой разговаривать, грязный байкер.
Я закатил глаза.
— Грязный байкер, это единственное оскорбление, которое твой крошечный мозг может придумать? Хочешь, чтобы я проявил изобретательность, вытягивая из тебя информацию?
— Ничто из того, что ты можешь сделать, не заставит меня говорить.
В общем-то, такое смелое заявление меня бы не обеспокоило, но учитывая, что это был один из людей Луки, шансы на то, что он готов выдержать пытки, были немаленькими. Эрл был творческим человеком и обычно заботился о допросах.
— Если ты так упорно держишь язык за зубами, я должен предположить, что разговор может привести к неприятностям, а это значит, что ты защищаешь своего Капо, я прав?
— Лука не имеет к этому никакого отношения. Мы сделали это для него и для Фамильи.
Я не был уверен, действительно ли я ему поверил. Из-за дуба послышался стон. Опущенно-Глазый медленно просыпался, в отличие от Димо, который выглядел на удивление мертвым.
Найдя в машине веревку, я связал их и поместил в багажник грузовика, прежде чем вернуться в Нью-Йорк. Я кипел. Теперь, когда адреналин улегся, остался только гнев. Я не хотел, чтобы мне пришлось жить, оглядываясь через плечо, не нападут ли на меня снова солдаты Фамильи. Чем ближе я подъезжал к Нью-Йорку, тем больше злился. Когда я наконец остановился перед Сферой, то был вне себя от ярости. Я жаждал крови.
Если за этим убийством стоит Лука, я покончу с ним. Я больше не буду пытаться притворяться хорошим. Если Марселла действительно любит меня, она будет на моей стороне и будет рада, что я убил человека, который не хотел, чтобы мы были вместе.
Марселла
Я не могла сосредоточиться на страницах передо мной, не могла сосредоточиться весь день и вечер. Я отправила Мэддоксу два сообщения и даже позвонила ему, но его телефон был разряжен. Я начинала нервничать.
— Ты все еще ничего не слышал о миссии? — спросила я Маттео в сотый раз.
Я знала, что они обнаружили укрытие Кочевников и планирует нападение сегодня.
— Нет. Но, возможно, у твоего отца будут новости, когда он вернется из туалета. — Маттео усмехнулся, увидев мое кислое лицо. — Не волнуйся так. Он вернется целым и невредимым.
Я действительно не понимала, что он находит смешным. Его юмор был мне сегодня не по вкусу.
— Я ничего не могу поделать. Я до сих пор не уверена на сто процентов, что папа не предпочел бы, чтобы с Мэддоксом произошел несчастный случай, чтобы я была с кем-то другим.
— Твой отец, конечно, не самый большой поклонник Мэддокса, но он хочет, чтобы ты была счастлива, — сказал Маттео.
Он спокойно проверял цифры продаж лекарств на своем ноутбуке, пока я в четвертый раз читала один и тот же отрывок о наших должниках и процентных ставках. Мой мозг казался затуманенным.
Дверь открылась, и папа вернулся из туалета.
— Что-нибудь?
Папа поднял брови.
— Она волнуется из-за Уайта, — сказал Маттео.
Папа покачал головой.
— А что, если что-то пойдет не так? — спросила я в сотый раз, даже если звучала как заезженная пластинка.
Я не могла сосредоточиться ни на чем, кроме беспокойства за Мэддокса. Это была его первая официальная миссия, может, поэтому я так нервничала. Надо будет спросить у мамы, Джианны и тети Лили, как им удавалось сохранять спокойствие, когда их мужья находились на опасном задании.
— Во время миссии у него не всегда будет время проверять свой телефон, — сказал Маттео с оттенком веселья, но во взгляде папы отразился намек на беспокойство, что, в свою очередь, умножило мою собственную дрожь.
Рев двигателя заставил меня вздрогнуть. Я вскочила с дивана, уронив папку, и поспешила на улицу, не дожидаясь, пока меня догонят. Мои глаза расширились, когда я увидела Мэддокса в переулке, выходящего из фургона, покрытого кровью, пылью и землей. Он выглядел так, словно выкопал себя из собственной могилы.
Я поспешила к нему, стараясь не выглядеть слишком взволнованной. Я не понимала, как мама могла заниматься этим десятилетиями, особенно теперь, когда ей приходилось беспокоиться о папе и Амо. Возможно, со временем стало легче, но сейчас я боялась остаться дома, пока Мэддокс снова рисковал своей жизнью.
— Байкеры тебя сильно потрепали, — обеспокоенно сказала я.
Мэддокс крепко поцеловал меня, а затем покачал головой, выглядя абсолютно разъяренным.
— Это были не только байкеры. Люди твоего отца пытались убить меня и представить все так, будто это был враг.
Я напряглась и отстранилась на несколько сантиметров от его объятий, надеясь, что ослышалась.
— Что? Ты уверен?
— Абсолютно уверен, если только это не тайный итальянский знак любви — стрелять пулями в своих союзников.
Я тяжело сглотнула.
— Ты их допросил?
— Да, по крайней мере, тех, кто выжил. Один погиб. Они говорят, что это был их план и никто больше не принимал участия.
— Но ты им не веришь?
По лицу Мэддокса было ясно, что он подозревает, что в этом замешан кто-то еще, и у меня возникло чувство, что он подозревает мою семью.
— Ты с моей семьей стал лучше ладить, верно?
— Твой отец терпел меня, а с Амо и Маттео можно было иметь дело...
Мэддокс замолчал, когда папа и Маттео присоединились к нам в переулке, и выражение его лица стало жестким.
— Видишь, он цел, — с усмешкой сказал Маттео, указывая на Мэддокса.
Я схватила Мэддокса за руки, его губы дернулись от боли, но его глаза были устремлены только на отца и Маттео.
— Думаю, это не тот результат, на который ты надеялся, верно? — прорычал Мэддокс.
— О чем ты говоришь? — холодно спросил отец. — И что стряслось с моими людьми?