Действительно ли была та гора?

Цветник во дворе Дома культуры в районе Ахёндон и без хозяйской заботы особенно пышно расцветал весной. Зная, что цветы растут сезон за сезоном даже без людей, я по-новому ощущала тяжелую боль. Иногда на меня накатывала неясная грусть, на душе становилось тоскливо, но вряд ли можно было утверждать, что причины на то не было. Когда мы вошли в Сеул, не было сомнений, что в течение дня мы доберемся до микрорайона Донамдон, но мы боялись, что можем не встретиться с семьей. Что я только не загадывала, чтобы победить страх. К примеру: если мы будем проходить мимо зарослей буйно цветущей кэнари[38], растянувшихся вдоль дороги, и я найду цветок с пятью лепестками, в доме все спокойно, если же нет — ничего страшного не произошло. Даже решив, что, вероятнее всего, не увижу цветок с пятью лепестками, я была в смятении оттого, что вместо четырех лепестков мне мерещились пять. Торопливо шагая вдоль кустов, я вспомнила, что найти четырехлистный клевер было трудно, а цветы кэнари с пятью лепестками встречались часто. Мне стало стыдно, словно я сама попалась на свою же хитрость.

За забором какого-то дома пышно расцвело большое дерево, между цветками не было видно ни листика. Я снова и снова, оборачиваясь, смотрела на него, размышляя, не расцвело ли оно чуть позже оттого, что дом был пуст. Это была магнолия. Я всегда думала, что она цветет редкими цветами, но это дерево было необычным. С давних пор в деревне, в которой теперь почти не осталось признаков жизни, это большое дерево не просто загораживало часть дома, оно распускало вокруг себя что-то зловещее, словно туман, и вызывало в редких жителях деревни страх. Чистые белоснежные цветы не были связаны с той зловещей энергией, но такой печальный белый цвет я видела впервые. Он был похож на белый цвет, какой бывает у лепестков, и в то же время похож на абсолют белого цвета. Уходя на север, через превратившуюся в руины деревню и глядя на начавшие набухать бутоны магнолии, я хотела крикнуть: «Сумасшедшая!» Теперь я боялась, что сама схожу с ума. Я быстро прошла мимо того дома, словно избегая чего-то зловещего. В памяти, вызывая неясное чувство тревоги, стал всплывать еще один белый предмет. Мне показалось, будто страх хочет добраться до моих чувств, давно покрытых твердым панцирем.