Бриллиантовые кандалы

— Да мы и так с тобой муж и жена! — со смехом крикнул он вдогонку.

Только сейчас, узнав Марину, он понял, что всегда был равнодушен к Джудит. Он уже не представлял себе, как ляжет в постель с этой жеманной дамой, в которой страсти было не больше, чем в бревне. Но бракоразводный процесс его разорит, это он знал точно. И начаться всё может с одной только огласки его отношений с Мариной. В брачный контракт, по настоянию Джудит, был внесён пункт, согласно которому один из супругов, в случае неверности другого, мог требовать развода и компенсации за нанесённый моральный ущерб. Узнав о его связи с Мариной, Джудит скорее всего воспользуется возможностью подать на развод, чтобы по суду вытянуть из него всё, чем он располагает. Деньги со всех его банковских счетов, квартира на Манхэттене, коттедж в Калифорнии, даже отцовское наследство, которое может достаться ему по завещанию, — всё уйдёт на выплату этой чёртовой «моральной компенсации». Он останется нищим. Но как объяснить это Марине?

— В Асунсьоне ты поселишься в гостинице «Куатро флорес» на улице де Хавьер, — сказал он, когда она вернулась за стол. — Я тебе потом запишу, чтоб не забыла.

— «Куатро флорес» в переводе с испанского означает «четыре цветка», — она улыбнулась.

— Ты знаешь испанский?

— Немного. Я несколько раз ездила отдыхать на Майорку, там и выучила.

— Отлично, — он допил свой кофе и взглянул на часы. — Но главное твоё преимущество — это знание английского. Во всех крупных городах мира таксисты понимают по-английски. Поэтому советую тебе сразу по прилёту в аэропорт Асунсьона отправиться в гостиницу на такси. Я уже был там пару раз. «Куатро флорес» — небольшой уютный отель в ближнем пригороде. В дни съёмок я буду приезжать к тебе туда.

— Приезжать? Значит, ты поселишься в другом месте?

Он с сокрушённым вздохом кивнул.

«Здорово запугала тебя жена!» — подумала Марина.

Если у Виктора так обстоят дела на «семейном фронте», то, наверное, и любовниц у него совсем немного. Не исключено даже, что она — единственная…

Эта мысль была ей приятна. А вдруг и правда единственная? Хотя что это меняет…

— Юрисконсульт «Омега-банка» сегодня же займётся твоей парагвайской визой.

— Абрамов?

— Да. Ты его знаешь?

Она кивнула. Как секретарша директора, она, разумеется, знала всех наиболее значительных сотрудников банка, к каковым относился и главный юрисконсульт Михаил Григорьевич Абрамов.

— Я дам ему телефон этой квартиры, — сказал Виктор. — Как только будет готова виза, он тебе позвонит. К концу следующей недели ты будешь далеко отсюда и в полной безопасности.

«Так. Он хочет сделать меня своей тайной любовницей. Возить за собой повсюду, пряча от жены. Хорошенькая перспектива, однако! И ведь придётся согласиться. Выбора у меня, по-видимому, нет…»

Она попрощалась с Виктором прохладно, ограничилась единственным поцелуем, а когда осталась одна, сразу включила телевизор. Ей хотелось отвлечься, не думать о проблемах. Но это удавалось плохо. Мысли возвращались к убитому боссу, бриллиантам, бандитам и особенно часто — к голливудскому красавцу.