![История войны и владычества русских на Кавказе. Народы, населяющие Закавказье. Том 2 [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/5/3/3/9/istoriya-vojny-i-vladychestva-russkih-na-kavkaze-narody-naselyayushchie-zakavkaze-tom-2-litres-download.jpg)
История войны и владычества русских на Кавказе. Народы, населяющие Закавказье. Том 2 [litres]
- Автор: Дубровин Николай Федорович
- Серия: История войны и владычества русских на Кавказе #2
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Центрполиграф ООО
- ISBN: 978-5-227-06587-2
- Жанр: История
Электронная книга - «История войны и владычества русских на Кавказе. Народы, населяющие Закавказье. Том 2 [litres]». Краткое содержание книги:
Родственники удовлетворяют истца, приводят на место присяги козла или барана, назначая его в жертву, когда больной выздоровеет, и, призвав к себе кузнеца, в присутствии которого совершалась присяга, они просят его, чтобы он исходатайствовал у Шасшу прощение больному. После выздоровления совершается обычным порядком жертвоприношение, и кузнец получает часть мяса жертвы и кожу.
Точно так же присягнувший ложно перед образом св. Георгия при первой болезни сознается в преступлении, и тогда родственники приглашают к себе того, кому больной причинил вред своей ложной присягой, и стараются вознаградить его. Вместе с тем приглашается и то лицо, которое приводило больного к присяге, и приводится тучная корова к крыльцу дома, на которое выносят больного и сажают на скамью.
– Доволен ли ты удовлетворением, – спрашивает приводивший к присяге того, кто был обижен, – и прощаешь ли больному проступок?
Получив утвердительный ответ, приводивший к присяге берет веревку, которая привязана на шее коровы, и обращается к св. Георгию.
– Св. Георгий Иллорский! – произносит он. – Прости этому больному его проступок, который он сделал неумышленно, по своей неопытности, и даруй ему здоровье: впредь он и его семейство будут приносить тебе ежегодно определенную жертву.
Обведя корову кругом больного и отрезав у нее кончик правого уха, привязывают его к правой руке больного, который и носит этот отрезок уха до совершенного выздоровления. Корова отпускается в стадо.
Присяга совершалась по средам и пятницам, но во время Великого поста она воспрещалась, кроме случаев, не терпящих отлагательства. К присяге не приводили мужа беременной женщины до ее разрешения, иначе, по верованию народа, произойдут непременно преждевременные роды, даже и в том случае, когда присягающий покажет истину, по совести. По народному обычаю, не допускали также к присяге свидетелей, на том основании, что свидетель ничем не отвечает за ложную присягу, которая, при низкой нравственности туземца, могла случаться очень часто.
По окончании присяги суд открывал свое заседание, для которого не было устроенных домов или особо назначенных мест. Судьи собирались где-нибудь в поле, под открытым небом, и прения происходили гласно, так что каждый любопытный мог присутствовать на разбирательстве.
Обе враждующих стороны находились тут же и располагались двумя группами, разделенными между собой группой судей. Во избежание кровопролития в случае жарких споров обе враждующих стороны выводились на суд без оружия.
Собственно в Абхазии, если разбираемое дело принадлежало к числу уголовных, то на суде председательствовал сам владетель, и тогда суд происходил или в Соук-Су, или в квитаулах – родовых его имениях.
Находясь посредине тяжущихся, медиаторы, или судьи, вызывали к себе сначала со стороны обвинителей избранного ими оратора, который излагал подробно весь ход дела. Потом выслушивали показания обвиняемых. Ораторы обязаны были говорить громко, чтобы обе стороны могли слышать их слова. Так как часто на расстоянии, на которое разведены тяжущиеся друг от друга, слова оратора одной стороны не могли быть слышны другой, то, во избежание недоразумений, один из судей, по выбору суда, излагал со всеми подробностями перед предстоящим оратором все, что объяснил оратор противной стороны. Эти последние лица выводили обыкновенно свои оправдания и обвинения с самых отдаленных времен, говорили весьма долго и много, вставляли в свою речь такие объяснения и обстоятельства, которые не относились вовсе к делу, не разъясняли его и не жалели, в своих обвинениях, ни чести, ни имени своих врагов. Свидетелей преступления почти никогда не было, и судьи о них и не спрашивали.
Выслушав обе стороны и удалив ораторов из своего круга, судьи оставались одни, обсуждали все обстоятельства, касающиеся дела, и выносили решение, которое объявлялось судящимся через старейшего по летам медиатора. Решение выносилось устно; но судьи никогда от своего мнения и слов не отказывались из опасения потерять доброе имя и уважение в народе. Объявление производилось тем же порядком, но только старец-медиатор вновь излагал перед тяжущимися весь ход дела, объявлял, что найдено судьями заслуживающим внимания и что не касающимся дела, спрашивал, не имеет ли какая-либо из сторон что-нибудь добавить или пояснить, не упущено ли что-либо медиаторами из виду, и когда получался ответ, что тяжущиеся не имеют ничего более прибавить, тогда медиатор излагал им мнение суда и его решение.