Шиноби Мрачного Рассвета [не закончено]

Всю обратную дорогу из страны Воды маг пребывал в нетипичных для себя колебаниях. Хотя схватка в Косоку, безусловно, завершилась их победой, цена оказалась весьма высока. И если сгоревшее в огне Орочимару снаряжение, включая печати и даже фуин-татуировки, Варкастер списал в потери без сожалений, то последовавшие процедуры по восстановлению самого себя проигнорировать так легко не получалось.

Многострадальному телу мага из прошлой жизни доводилось выдерживать и артиллерийские удары, и погружение в агрессивные химические среды, и, конечно же, бесчисленные атаки стихийных заклинателей. Но еще никогда Варкастер не оказывался настолько близко к пределам возможностей мертвой фазы. К счастью, опыт позволил ему верно оценить ситуацию и вложить всю мощь не во встречную атаку, а в защиту. Но даже под Провозвестником Призрачных уз хватило на сохранение одного лишь скелета.

Последовавшая следом контратака пусть и достигла цели, полностью восстановиться не позволила, и позволить не могла, даже не сумей Орочимару вырваться. Хотя сеннин отдал феноменальное количество жизни, для воссоздания тела практически с нуля этого было недостаточно. Не завершись вскоре бой ретирадой нукенина, и теряющее эффективность Поглощение поставило бы мага в весьма щекотливое положение. Но если благодаря бегству Змея спастись Варкастер успевал, то на поиски этически приемлемого выхода времени уже не оставалось.

Бой архимага и нукенина S-ранга изрядно уменьшил население Косоку, однако то все же был бой. В гибких моральных устоях шиноби потери среди неодаренных всегда относились к категории весьма досадного и нежелательного, но порой неизбежного сопутствующего ущерба. Геноцид, учиненный некромантом после боя, проходил уже по разряду преступлений. Не из тяжких — ни изгнание, ни казнь Варкастеру не грозили даже в теории, все же он спасал свою жизнь, — но вот выставить денежные претензии Конохе дайме страны Воды мог. О чем, вероятно, еще предстояло объясняться с отцом.

Вспомнив о Минато, маг на мгновение вынырнул из своих мыслей, выключил воду и, подхватив полотенце, принялся вытираться.

Но деньги некроманта тоже волновали мало. Возможно, он смог бы оплатить виру даже из собственных средств, не оставаясь в долгу перед деревней. По-настоящему его беспокоило отношение соратников. Хотя Мию и Шикамару ни словом его не упрекнули, прекрасно понимая ситуацию, социальная модель однозначно указывала, что их отношение к нему не могло не поменяться в худшую сторону. И если насчет Нара, потомственного кланового шиноби, Варкастер был более-менее уверен, что все уладится со временем само, то просчитать Мию его возможностей не хватало.

На этой мысли реальный мир вновь потребовал внимания мага. Погруженный в свои размышления, он не удосужился прихватить в ванную чистую одежду. Втискиваться же в пропотевшие тряпки, уже сваленные в корзину для грязного белья, желания не возникало. Недолго думая, Варкастер обмотал бедра полотенцем и вышел в коридор.