Все расследования Шерлока Холмса [litres]

Но не на пленника обратил Холмс свое внимание. Присев на ступеньку крыльца, он стал сосредоточенно рассматривать то, что этот человек вынес из дома. Это был бюст Наполеона, точно такой, как тот, что мы видели сегодня утром, и его постигла та же участь. Холмс подносил к свету каждый осколок и осматривал, но это были обычные куски гипса, ни один из них ничем не отличался от остальных. Как только он осмотрел последний кусочек, нас озарил яркий свет, распахнулась дверь и появился сам хозяин дома, бодрый толстый господин в брюках и рубашке.

– Мистер Джозия Браун? – обратился к нему Холмс.

– Да, сэр, а вы, должно быть, мистер Шерлок Холмс? Курьер доставил мне вашу записку, и я сделал все, как вы просили. Мы заперли все двери изнутри и стали ждать. Знаете, я очень рад, что вы поймали этого мошенника. Надеюсь, джентльмены, вы зайдете ко мне отдохнуть?

Но Лестрейду не терпелось как можно скорее доставить пленника в надежное место, поэтому уже через несколько минут мы снова сидели в кебе, направляясь обратно в Лондон. Арестованный не произносил ни слова, лишь посматривал на нас черными горящими глазами сквозь длинные спутанные пряди волос, сбившиеся на лицо; один раз, когда я неосторожно приблизил к нему руку, он щелкнул зубами, как голодный волк. В полицейском участке мы задержались достаточно долго, чтобы узнать результат обыска его карманов. В них не оказалось ничего, кроме нескольких шиллингов и длинного складного ножа, на рукоятке которого имелись многочисленные свежие следы крови.

– Все в порядке, – сказал нам на прощанье Лестрейд. – Хилл знает всех этих господ. Он выяснит, как его зовут. Вот увидите, моя версия с мафией подтвердится. Но я вам очень обязан, мистер Холмс, за то, как искусно вы помогли сцапать этого субчика. Хотя я не совсем понимаю, как вам это удалось.

– Боюсь, сейчас слишком поздний час, чтобы вдаваться в объяснения, – уклончиво ответил Холмс. – К тому же расследование еще не закончено, один-два вопроса пока остаются без ответов, а этот случай заслуживает того, чтобы довести дело до конца. Если вы завтра еще раз заедете ко мне в шесть часов, думаю, я сумею доказать вам, что даже сейчас вы не вполне осознаете сущности этого дела, особенности которого делают его совершенно уникальным явлением во всей истории преступности. Ватсон, если я когда-либо позволю вам продолжить писать рассказы о моих скромных достижениях, подозреваю, что вы не сможете обойти вниманием необыкновенное приключение наполеоновых бюстов.