Электронная книга - «Адский котел на две персоны (СИ)». Краткое содержание книги:
— Согласен. Но у меня тоже есть условие.
— Какое?
Влад будто специально выдерживал паузу, от которой я напрягался с каждой секундой все больше. Успокаивало лишь то, что улыбка все не сходила с его лица.
— Я согласен только на бордовые крылья.
Улыбка стала шире, и не дожидаясь от меня реакции, он накрыл мои губы поцелуем, притягивая ближе, сокращая расстояние до нуля. Все померкло в этот миг, все страхи испарились, осталось только горячее желанное тело в руках, и если бы не одна назойливая девушка за дверью, все закончилось бы иначе. Но мне пришлось отстраниться, снова заглядывая в глаза цвета неба, чтобы на выдохе прошептать:
— Все, что пожелаешь.
***
День тянутся слишком долго. Надоедливое присутствие Лайи и Ноэ, который как обычно явился без предупреждения, выводило из себя, но я продолжал улыбаться, потому что рядом находился он. Влад все время держался поблизости, постоянно ненавязчиво касаясь моего тела, словно это было ему необходимо. На самом деле это было нужно нам обоим. Мимолетные касания рук, прижатые друг другу плечи, когда сидели за столом, брошенные невзначай взгляды. Несмотря на все раздражающие факторы, я был счастлив, что мы, наконец, встретились и поговорили. Но стоило нам проститься с друзьями, стоило закрыться входной двери, как вернулось искрящееся напряжение. Сейчас произойдет то, чего я так сильно ждал.
— Ты готов?
Влад даже приосанился, стоило задать этот простой вопрос. Я не хотел тянуть. Время, неумолимо утекающее, было против нас. Я хотел быть уверен, что больше ему не грозит ничего. Уверенный кивок, и он подошел ближе.
— Что мне нужно делать?
— Я все сделаю сам, тебе только надо дать свое согласие.
Он снова кивнул, расслабляясь. Сейчас случится то, чего я не делал никогда прежде, но что не раз прокручивал в голове за прошедший год. Протянув Владу раскрытые ладони, я дождался, когда он вложит в них свои, сухие и теплые. Прикрывая глаза, настроился на его энергию, переплетая с ней свою собственную. Предстоит сложное вмешательство, изменение всей сути его души, перекраивание под новую сущность.
Тихо шепча на демоническом наречии ритуальные слова, я пропускал импульсы в его тело, с наслаждением подмечая, как оно отзывается на каждый. Как податливо, словно пластилин, изменяется структура энергии, как преображается, разрастается и расцветает.
— Владислав Цепеш Дракула. Я, Люцифер, единственный и полноправный правитель адских земель, пользуясь данной мне властью, дарую тебе сущность демона, бессмертие и силу. Взамен ты клянешься хранить законы небытия, поддерживать нейтралитет между темным миром и адом, пока не закончится твое бессмертие или пока не будут обоюдно пересмотрены условия сделки. Согласен ли ты на эти условия?
— Да.
Я облегченно выдохнул, вновь концентрируясь на энергиях, осталось несколько штрихов до полного преображения. Вплетая в его душу крупинки своей, я дарил ему то, чем сам обладал прежде. Случаев, чтобы смертным даровали бессмертие и крылья за всю историю небес и ада было слишком мало, чтобы знать наверняка, чем обернется подобная попытка, но я готов был рискнуть, ведь обещал сделать для него все, что смогу.
И вот когда все, казалось бы, практически закончилось, когда его энергия преобразилась в разы, обрастая новыми красками, я вынул припасенный заранее ритуальный клинок. Перевернув ладонь Влада, одним движением сделал надрез, а после повторил жест со своей ладонью. Беря его за руку, я совместил кровоточащие участки, позволяя крови смешаться. Тело Влада напряглось, ладони с силой вцепились в мои, и я заметил, как крепко он сжимает челюсти. Крылья. Они рвались наружу, стремились раскрыться во всю ширину, обрести силу и мощь, на этот раз не на несколько часов, а на всю предстоящую вечность.
Уверен, ощущения были схожими с теми, что давало кольцо Ноэ, вот только сейчас они были в разы сильнее. Не просто магия темного мира, а изменение души и тела. Влад не издал ни звука, хотя я видел, как пот каплями сбегал по вискам. Я чувствовал его боль вместе с ним, не отпуская ладони и пытаясь собственной энергией облегчить муку.
Все закончилось стремительно. Под привычный для меня звук разрываемой кожи и хруст суставов, за его спиной раскрылись крылья. Я помог Владу сесть на барный стул, перевернул порезанную ладонь, сразу же прикладывая к ней бумажное полотенце, стремясь скорее стереть следы и остановить кровотечение. Промакивая все медленнее сочащуюся кровь, я неосознанно дул на ранку, желая унять легкую боль.
— Влад, у нас получилось!
Восторг в моем голосе слышался ярче всех прочих эмоций, когда я заметил, как края пореза стягиваются, сжимаются, и на месте оставленной мною ранки остается тонкий белый шрам, который так же исчезнет в ближайшее время. Регенерация сработала, крылья появились, теперь он демон, и нам останется только изучить со временем, на что именно он способен.
Подняв глаза, я заметил, что Влад все еще тяжело дышал, хоть на лице и была улыбка. Тело постепенно расслаблялось, боль отступала, и на место страхов и сомнений приходило облегчение. Крылья за спиной Влада дернулись, и я наконец уделил им должное внимание. Огромные, в разы больше всех тех, что мне доводилось видеть, формой и цветом они полностью повторяли те, с которыми я прожил всю свою жизнь. Мягкое бордовое оперение, заостренный коготь на изгибе. Точная копия, как Влад и хотел.
— Влад…
Он оглянулся, осматривая новую часть тела, с которой ему придется учиться жить, и улыбнулся. Все получилось несмотря на страхи и опасения. Несмотря на все трудности, что были на пути. Совершенно не думая ни о чем, я рванулся к нему, стискивая в объятиях удивленного демона. Демона. Моего. И так было хорошо в этот момент, так тепло и комфортно, будто именно здесь, в его объятиях мой дом. Будто он — вся моя жизнь.
— Эй, Люцифер, — прозвучало хрипло у самого уха, — отпусти. Смерть от асфиксии мне, конечно, не грозит, но невозможность дышать — удовольствие сомнительное.
Я разжал объятия, тихо смеясь и отстраняясь. Голубые, словно глубокое море глаза, смотрели на меня с любовью и счастьем, так, будто только что я сотворил чудо. А может так и было. Но все это неважно, когда мы рядом.
— Пойдем.
Я потянул его за руку, уводя в сторону спальни, но проходя мимо нее. Помню, как сотни раз вырывали мои крылья. Иногда в качестве наказания, иногда из-за необходимости сменить на более крупные. Одно оставалось неизменным. После того, как новые крылья пробиваются на волю, все тело еще долго ломит от остаточной боли, мышцы гудят от перенесенного напряжения, и лучшим спасением является горячая ванна. А потому, приведя Влада в ванную комнату, я принялся все подготавливать, доставая полотенца, и добавляя в горячую воду ароматную пену. Идеально.
Вспомнился тот день, когда он, мой Влад, окружал меня заботой, точно так же наливая ванну и позволяя расслабиться в его руках. Сейчас, когда шапка пены уже собралась на поверхности воды, я медленно расстегивал на нем рубашку, стягивал ее, чтобы быстрее освободить уставшее от перерождения тело. Влад не сопротивлялся, лишь с улыбкой наблюдал за моими действиями. Расстегивая пряжку ремня, я смотрел только в его глаза, боясь опустить взгляд ниже. Моей целью было помочь ему восстановиться, а не… ладно, не стоит врать, это тоже входило в мои планы, но несколько позже. Сейчас же я стянул с него брюки, помог избавиться от обуви, и утянул в ванну, помогая расположиться удобнее.
На спине, под новыми крыльями оставались подтеки крови — неизбежная плата при смене сущности. Стоило Владу сесть, как я взял мягкую губку, вспенивая на ней гель для душа, и принялся аккуратно смывать следы крови и пот с расслабляющегося тела. Шея, плечи, грудь. Я омывал все, до чего мог дотянуться, мягко массируя и наслаждаясь тем, как он тает под моими руками.
— Иди ко мне, здесь хватит места для двоих.
Влад потянулся ко мне, цепляя пальцами ткань рубашки, и потянул так, что я навис над ним, опираясь на бортики ванны. Мокрые ладони пробежались по одежде, добрались до воротника, а после резко дернули края в стороны. Очередная порванная его руками рубашка, но я не жалел ни об одной. Он стянул с меня мешающую ткань, а после принялся расстегивать ремень. Я видел, как подрагивают в спешке его пальцы, словно он торопился оказаться максимально близко.