Наследница огненных льдов

– Значит, придётся втереться в доверие к хмырю. Поплыву домой с ним вместе, так уж и быть, буду зажигать ему керосиновую лампу, вещички чистить и латать. Пусть почувствует мою полезность.

– Ну, ты и карьерист – заключила я.

– Зато живой и накормленный.

На этом спор был исчерпан, а вскоре стюард постучал в дверь каюты, чтобы сообщить о готовности к прибытию через час.

За бортом не было видно ни зги, только серость тумана, разбавленная невнятным пятном где-то далеко. Время шло, а это пятно становилось всё отчётливее и ярче. Через полчаса, я поняла, что вижу сигнал маяка, а значит суша уже близко.

Последние минуты на судне я провела как на иголках, ибо терпение подходило к концу, а желание выйти наружу и увидеть Кваден всё нарастало.

Когда стюард забрал мой чемодан, а после позволил пройти к трапу, я спешно скомандовала Бруму залезть в сумку. На палубе было не протолкнуться от пассажиров. Как я ни пыталась прорваться вперёд, ничего не получилось. Отыскав меня в толпе, Эспин оттеснил меня в сторону и спросил:

– Куда ты так рвёшься?

– Я уже устала от этого парохода, хочу на волю, – объяснила я.

– Тогда потерпи ещё немного, и сможешь сойти отсюда без толкотни и суеты.

Пришлось внять его словам. Когда поток людей иссяк, мы вышли на открытую палубу. Под ногами стелилась белая пыль, будто кто-то рассыпал муку. Но чернеющие проплешины в виде отпечатков ботинок говорили недвусмысленно – это снег.

– Что-то рановато для зимы, – задумчиво заметил Эспин, и повёл меня к трапу. В густом тумане и мраке надвигающейся ночи я мало что могла разобрать, только чувствовала холод, что стелился по ногам. Отчего-то сейчас я пожалела, что не взяла в дорогу ботинки, потому как мои туфли на каблучке, что были хороши для похода по городским тротуарам, начали скользить по подтаявшему и вновь замерзающему слою снежной пыли, что сыпала из тумана, не прекращая.

Держась за Эспина, я двинулась к трапу и обомлела: хлипкая металлическая лесенка вела вниз, прямо в море, где на волнах колыхалась шлюпка с десятком пассажиров и двумя матросами, держащими вёсла в руках.

– Что? – не могла я поверить своим глазам. – А где причал?

– Какой причал в северном мелководье? – резонно вопросил меня Эспин и пояснил, – Мы стоим на рейде. До берега ещё нужно доплыть. Спускайся вниз.

Кажется, из моей сумки донёсся коварный смешок и даже не один. Да, Бруму нравится забавляться надо мной, а вот мне безумно страшно ступать по скользкой лесенке. Пришлось захлопнуть сумку со мстительным хухморчиком и вручить её Эспину, чтобы он шёл первым.

Идя следом, я держалась обеими руками за поручни, боясь ступить каблуком в пустоту и плюхнуться вниз. Когда цель была близка, Эспин забрался в шлюпку и подал мне обе руки, после чего и я смогла взойти на покачивающееся судёнышко.

Когда после меня с парохода спустились ещё восемь пассажиров, матросы насели на вёсла, и шлюпка поплыла к окутанному туманом острову.

Даже во время шторма мне не было настолько страшно. С виду небольшие волны мотали судно так, будто оно скоро перевернётся.