Отец лучшей подруги
- Автор: Майер Жасмин
- Серия: Запретные отношения #4
- Язык: русский
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Отец лучшей подруги». Краткое содержание книги:
Это при виде ее длинных голых ног у меня сносит крышу. При виде ее губ я теряю способность ясно выражать мысли.
А при виде короткой футболки или юбки на ней единственное желание, которое мною движет, это немедленно коснуться ее голой кожи.
Сейчас же.
И неважно где мы находимся.
Если бы я не переспал с ней в самый первый раз, если бы мы встретились у нас дома, то я бы спокойнее отнесся к ее изменившейся внешности.
Я был бы для нее «Платоном Сергеевичем», а ее выканье не превращало бы меня в озабоченного примата. И все было бы как раньше.
Но после случившегося в номере отеля обратной дороги нет.
Ростов звонит в четвертый раз за час, но я опять сбрасываю. Я не могу внятно объяснить, как так вышло, что я переспал с подругой дочери. Какие у нас с ней отношения и почему я готов был врезать ему, когда увидел, как он трется возле нее.
Этим поступкам нет логичных объяснений.
А этому нездоровому влечению нужно положить конец. Но как?
В принципе, можно ничего не делать. Просто держаться от нее в стороне, не пересекаться и не видеться.
Хорошо, что Лея скоро уедет. Между мной и этими ногами будут десятки тысяч километров, а даже самые соблазнительные изгибы не торкают вечно.
Раньше обычного заканчиваю рабочий день. Работать невозможно.
Вместо цифр, отчетов и договоров перед глазами только одно.
Лея поперек моих колен.
Лея на моих темных простынях.
Лея с задранной до шеи футболкой и без белья.
И Лея на коленях, в отеле, когда в ее темном взгляде я чуть не сгорел заживо.
Приехав домой, привычно спускаюсь в бассейн. Выматывающая тренировка — вот, что помогало раньше и что поможет мне сейчас сбросить хотя бы часть напряжения, из-за которого я скоро буду похож на закипающий чайник.
Из носика, который у меня стоит весь день, тоже скоро пар пойдет.
Но дорогу к раздевалкам мне преграждает Родион.
— Разворот-поворот, Платоша. Никаких тренировок на сегодня!
— Но у меня годовой абонемент! Пусти, Радик. Я в порядке!
— Не хочу ничего слышать. Трупы мне в бассейне не нужны.
Двери спортклуба захлопываются у меня перед носом. Не могу в это поверить!
Плетусь к лифту и поднимаюсь в квартиру. На барабанные перепонки тут же обрушивается детский плач и Юлин крик.
Не разуваясь, лечу к дочери, уверенный, что вот Костя и показал свое истинное лицо. Накричал на нее, не справился с ребенком, сорвался.
Но от увиденного становится стыдно за свои мысли.
Юля плачет у Кости на груди и громко вопрошает сквозь слезы, что же ей делать. Костя разрывается между женой и сыном — Егор тоже плачет, в своем шезлонге.
Вокруг него растекаются лужи чего-то белого, и сначала я почему-то решаю, что это грудное молоко и не понимаю, почему так много?
Но потом вижу и сброшенную на пол бутылочку.
Я не знаю, за что хвататься, поэтому какое-то время так и стою на месте. Но крик младенца резонирует с головной болью, так что решаю заняться Егором, все равно Юля от Кости не отлипает.
Достаю внука из шезлонга и свободной рукой тянусь к шкафчику, в котором лежат его любимые детские печеньки. Они всегда действуют безотказно.
Но день сегодня такой… Когда все через жопу.
И дверца шкафа, которое до этого и так еле держалась, сегодня, как назло, срывается с петель и углом влетает мне прямо на палец.
К вою младенца добавляется моя ругань, а Юля при виде оторванной дверцы начинает рыдать пуще прежнего. По лицу Кости сложно что-то прочесть, но и так понятно, что он мечтал бы оказаться сейчас где-нибудь в другом месте.
Через полчаса уровень децибел в доме все-таки удается снизить.
Шмыгая носом, Юля сидит над кружкой дымящегося чая. Егор мусолит беззубыми челюстями любимую печеньку. Костя протирает загадочные белые лужи. Я прижимаю пакет замороженного горошка к ушибленному пальцу.
Молчание давит на уши хуже криков, поэтому, откашлявшись, спрашиваю:
— Вы решили кормить его смесью? — задаю очевидный вопрос. — А почему, Юль? Тебе все-таки не хватает молока?
Мне бы тут и заткнуться, тем более Костя за Юлиной спиной усиленно машет руками, но что я с собственной дочерью, что ли, не могу поговорить?
— А почему решила завязать? Молоко же для ребенка полезней?
— Да ты что?! А то я этого не знаю, папа! Лучше бы квартирой занялся, чем мне советы давать, как грудью кормить!
Юля летит к себе. Рыдания возобновляются, но уже за дверью.
— Что я такого сказал? — смотрю на Костю. — Почему ей надо всегда так реагировать?
Костя выжимает губку в раковину и устало трет лицо.