Обвиняется в измене
- Автор: Субботина Айя
- Год: 2020
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Обвиняется в измене». Краткое содержание книги:
Денис: Я увидел ее в доме человека, от которого зависит мой бизнес. Милую, наивную, непонятную, как другая планета. Увидел – и на минуту забыл, что мне тридцать пять, я женат и моя жизнь давно превратилась в рутину. Забыл, что она – дочь человека, способного разрушить все, что я создал. Забыл – и не захотел вспоминать, когда она просто мне улыбнулась. Пошла навстречу, смешно морща нос, сказала: «Привет» и покраснела, глядя на моего брата.
Соня: Сашу мне выбрал отец, но я сама влюбилась в него с первого взгляда, потому что он был лучше всех на свете. Красивый, яркий, обаятельный. Мы посмотрели друга на друга и все стало ясно без слов. Кроме одного. Почему в моих мыслях все чаще другой… женатый мужчина?
Одуван бочком, по стенке, пятится к панели с кнопками, но я успеваю закрыть ее спиной до того, как девчонка протягивает руку.
- Мне правда не нравиться быть в замкнутом пространстве, - хнычет она.
Точно как маленькая. Еще немного - и начнут дрожать губы, и к чертовой матери поплывет весь макияж, хоть его и так почти нет.
Что я делаю?
Хотя вопрос стоит поставить иначе: что я бы сделал, если бы здесь, в узкой кабинке лифта, прямо в громадине моего главного офиса, Одуван не превратилась в папину дочурку, а продолжала огрызаться и провоцировать мое и без того который день голодающее либидо?
Я отворачиваюсь, нажимаю кнопку с цифрой «один» и делаю то, в чем уже давненько не практиковался:
- Прости, Одуван, не реви. Больше никаких покушений на твою задницу, обещаю.
Главное теперь сделать так, чтобы кровожадная тварь во мне, которой хочется разорвать на девочке платье и все что под ним, не положила на свое обещание свой большой и твердый прибор.
Глава двадцать первая: Соня
На заднем сиденье автомобиля, куда Денис меня почти вежливо усаживает, я чувствую себя еще более закрытой, чем в кабинке лифта, где мы с ним успели побывать дважды. Словно какая-то сила нарочно тянет нас туда, где мы будем слишком близко друг к другу, где его запах будет щекотать мои ноздри. Я пытаюсь сделать вид, что увлечена пейзажем за окном, но на самом деле это слабая попытка держать нос подальше от аромата его кожи, на которой дымный парфюм сидит лучше, чем модная рубашка и влитой в плечи пиджак.
Если так пойдет дальше, я превращусь в фетишистку образа Дениса, потому что как бы я ни пыталась найти в нем изъян, в конце концов все попытки пришли к одному знаменателю - он самый сексуальный, идеальный, красивый мужчина из всех, кого я знаю.
А еще самый невыносимый.
И сквернословит, словно сапожник.
А на «сладкое» - женат и «обременен» любовницей.
И последние две черты превращают его в то, что принято называть «запретный плод», от которого нужно держаться подальше и бить себя по рукам всякий раз, когда будет казаться, что от одного укуса ничего плохого точно не может случиться.
Но самое плохое заключается в том, что весь мой сегодняшний вид - он для него. Я долго выбирала платье, раздумывала над прической, даже хотела сделать ярче макияж, лишь бы Ван дер Мейер прекратил называть меня Одуваном. А в итоге напросилась на крик и грубости.
Если бы была хоть одна лазейка - ноги моей бы не было рядом с этим грубияном, который думает что колотить женщину а лоб озвучиванием своих сексуальных потребностей - высший пилотаж в комплиментах.
Даже если эти его грубости будят во мне странное желание.
- Софья Ивановна, надеюсь, вы больше не будете разбрасываться угрозами об увольнении, - очень вовремя вторгается в мои мысли Денис, потому что меня как раз начинает уносить в ту сторону, где я поддаюсь соблазну и почти срываю с ветки запретный плод.
Его внезапное «вы» действует на меня отрезвляющее. Поворачиваю голову, чтобы проверить, действительно ли Черный тиран превратился в рыцаря, и сходу как на бетонную стену, налетаю на пристальный взгляд Дениса. На минуту даже кажется, что это был хитрый расчет, попытка устроить шторм в моем внутреннем море покоя, чтобы снова прижать меня к стене и «осчастливить» очередными признанием. На этот раз Денис сидит там же, где и сидел. Ни намека на попытку сократить расстояние между нами. Но если бы взглядом можно было линчевать, я бы уже давно была идеально очищенной морковью.
- Как бы я не ценил и не уважал вашего отца, в следующий раз, когда вам захочется поставить мне ультиматум, пожалуйста, имейте ввиду, что всех других сотрудников, кто произносил слово «увольнение», я выгонял взашей ровно через пять минут. И вы войдете в историю моего штата как единственный человек, который удостоился второго шанса.
Господи, в следующий раз, когда я подумаю, что у этого человека есть сердце, напомни мне, пожалуйста, этот день.
Я складываю руки на коленях, нарочно изображая прилежную ученицу, и спокойно - надеюсь, так же спокойно как и в моем воображении - говорю:
- Я завтра же напишу заявление на ваше имя, Денис Александрович. Не считаю себя достойной носить почетные лавры тай самой, удостоившейся.