Христос приземлился в Городне (Евангелие от Иуды)
- Автор: Короткевич Владимир Семенович
- Год: 2011
- Язык: русский
- Переводчик: Петр Жолнерович
- Жанр: Классическая проза
Электронная книга - «Христос приземлился в Городне (Евангелие от Иуды)». Краткое содержание книги:
— А может...
— Побыстрее, братец, побыстрее.
Они пустили коней вскачь.
...Когда они проезжали через Росстань, редкие люди бывшей толпы ещё оставались на площади. Cтояли возле ратуши, молчали. И молчание стало ещё более пасмурным, когда увидели всадника в красной маске.
— Поскакали, — отметил Зенон, увидев палача и гонца.
— Поскакали, — Гиав строгал мечной заготовкой щепочку.
Марко и Клеоник играли в кости. Ничего не сказали, лишь мрачно проследили за всадниками.
— Если бы самозванец — они бы так быстро за палачом не поскакали, не повезли, — промолвил дударь.
— Ясно, — жестоко бросил Кирик. — Обмишулились мы. На наших глазах второй раз Христа взяли, а мы дали им взять. Последнюю нашу защиту перед мытарями. Жаль.
— Брось чепуху городить, голова, — улыбнулся Клеоник. — Просто человек. Люди. Потому и жаль.
Кузнец уже почти кипел:
— Раз хватают, раз сразу за палачом да на каразнь — стало быть, это не просто люди.
Вус смотрел на мир мрачными глазами сквозь блестящие золотые пальцы.
— К нам пришёл. Знал, что плохо.
— Чтобы нас защитить, пришёл, — ещё возвысил голос Вестун. — Чтобы город свой защитить. От голода, от их чумы, от податей, от монахов. Сам Христос! Так что, дадим?!
И внезапно он вскочил. Обвёл глазами безлюдную площадь, ослепительные под солнцем стены, затворенные от жары ставни.
— Эй, люди!
Площадь молчала.
— Люди! — гаркнул во весь голос Кирик. — Убийство! Христос пришёл в Городню!
Глава IX
ДНО ПРЕИСПОДНЕЙ
Помысли, мог ли я невлажным глазом
Взирать вблизи на образ наш земной,
Так свёрнутый, что плач очей печальный
Меж ягодиц струился бороздой?!
Данте
Где ты, беда, народилась,
Что за меня уцепилась?
Песня
Они стояли в большом судном зале, только теперь не у двери, а у возвышения, на котором высился стол. Никого больше сегодня в зале не было: слишком важным было дело, чтобы допустить кого-либо из посторонних, пускай себе и богатых людей.
Только эти тринадцать с мерцающими отпечатками пламени на лицах (перед ними стояла жаровня, и от ее огня, казалось, были розовыми хитоны из рядна и кровавыми лица). Да ещё стража (латы их от отблесков наливались краснотой, дрожали и словно плавились). Да ещё палач со скрещёнными на груди, голыми по локоть руками возле двери в пыточную.
Да ещё, высоко за столом, весь большой городенский синедрион. Войт Жаба от замкового и магистратского суда, один в двух ипостасях; Юстин и радцы — от магистрата, радецкого и лавничьего суда; Болванович с четырьмя безликими попами и Лотр с Комаром и Босяцким — от суда духовного.
Иосия показал глазами Братчику на конец дыбы. Чтобы длиннее был рычаг, конец этот просунули в отверстие возле двери пыточной: правосудие напомнило подсудимым, что оно такое, намекнуло, какое оно, приподняло с настоящего своего лица краешек важной и красивой маски.
Плутовское лицо Юрася искривилось. Он вздохнул.
— Зал человековедения, — прошептал иудей.
Братчик невесело улыбнулся.
— Тут признаются в том, чего не совершали, — сказал Иосия.
— Ну, это не новость, — одними губами вымолвил Братчик.
Упал удар молота.
— Так вот, — начал Лотр. — Что заставило вас, отвратительные еретики, имя Христа, Господа Бога нашего и апостолов его себе приписать и присвоить?
— Мы лицедеи, — с уксусной улыбкой ответу лысый Мирон Жернокрут. — Правдивее, я лицедей. Их я просто взял в друзья. Остальные, бывшие мои друзья, изгнали меня.
— Вместе с фургоном? — спросил Босяцкий.
Молчание.
— Хорошо, — продолжал Лотр. — А что заставило вас, несчастные, пойти с ним? Ну, вот хоть бы ты, мордастый? Как тебя?..
Молодой белёсый мордач испуганно заморгал глазами.
— Хлеб.
Синедрион даже не переглянулся. Но каждому словно стукнуло в сердце. Эти дни... Суд над мышами.. Избитие хлебника... Сегодняшняя анафема... Побоище на Росстани... Возможно, заговор... Всеобщее недовольство... И тут ещё эти.
— Хлеб? — с особенной значительностью спросил Комар.
У Братчика что-то словно застонало, замерло внутри. Сначала Пархвер показал им тайну Железного Волка которая, возможно, могла спасти короля от нападения. Теперь им задали этот вопрос. Он понял, что спасения нет и что знает это он один.
Юрась покосился на остальных. Зрелище, известно, не из лучших. Рядно, кожаные поршни, спутанные волосы. Морды людей, добывающих ежедневный кусок хлеба мошенничеством и обманом.