Твоими глазами [Gennem dine øjne]

Я попытался отпустить тело и сознание. Меня стало уносило всё дальше в открытое море. Берег почти пропал из вида.

— Для Питера поясню: насилие совершалось раз в неделю, по средам, по средам ты обычно бывала у деда с бабушкой.

Аня кивнула.

— В ту среду я нахожусь в ванной с дедушкой. Вечер. Мы поужинали. Мама, папа и мой маленький брат сидят в гостиной. Дверь в ванную закрыта, но не заперта.

Впервые в своей взрослой жизни я почувствовал такой сильный страх, что мне захотелось сбежать.

Только раз в жизни я чувствовал нечто подобное. В юности я занимался альпинизмом. Однажды летом, в долине Шамони при восхождении на Пти-Дрю, меня ни с того ни с сего охватил страх высоты, который не покидает меня с тех пор. Страх был таким сильным, что я был готов броситься со скалы. Едва добравшись до вершины, я по верёвке спустился вниз, прервал отпуск и уехал домой.

Такой же страх я чувствовал и сейчас.

Женщины, должно быть, заметили это. Обе они озабоченно посмотрели на меня. Я сделал знак продолжать.

— Дедушка лежит в ванне, и я должна заниматься им. Сначала я красила ему лаком ногти на ногах. А теперь, когда он лежит в ванне, я мажу ему губы помадой. Тут он встаёт. У него эрекция. Он приближает член к моему рту. Тут всё становится чёрным. Я не теряю сознание, но всё погружается в черноту.

Я увидел ту черноту, о которой она говорила. Мы все втроём увидели её. Я чувствовал, что и ассистенты должны были её увидеть.

В ушах у меня шумело море. А может быть, моя кровь. Казалось, я нахожусь в свободном падении.

Откуда-то издалека я услышал голос Лизы.

— Можно остановиться на этом страхе?

Наверное, я отключился. Не знаю, долго ли это продолжалось. Одна из ассистенток поддерживала мою голову, Кабир протягивал мне стакан воды.

Аня с Лизой сидели как прежде, они смотрели на меня, очень внимательно.

— Ты потерял сознание, — сказала Лиза. — На несколько секунд. Ты можешь продолжать?

Я кивнул.

— Мы в ванной, — продолжала Лиза. — Член дедушки перед твоим лицом.

Я снова провалился в черноту. Но на сей раз я глубоко дышал. Явственно ощущал под собой формованную пластмассу стула. Пытался твердить себе, что это моделирование. Чернота отступила.

Но легче не стало. То, что я увидел, было не лучше. Это было хуже.

Я увидел дедушку в ванне. Его торчащий член. Увидел помаду на его губах, ярко-красную, нелепую на фоне щетины. Я увидел, как девочка встаёт перед ним на колени. Потом я увидел ещё больше.

На меня обрушился огромный, стремительный поток информации.

Лиза отдала какое-то распоряжение. На краю поля моего внимания что-то делали ассистенты. Море, в которое меня вынесло, вновь сжалось. Я пришёл в себя. Наверное, они отключили трансмиттер, который передавал прямо в мой мозг сигналы Ани. Из её мозга и тела.