Последний ренегат (СИ)

Комментарий к Часть 14, в которой воруют оружие, собирают собрания и подглядывают в замочную скважину

UPD: все временные нестыковки в предыдущих частях устранены. Прошу прощения за невнимательность.

С момента повторного заточения колдуна под храмовый арест Ксарте стало гораздо спокойнее. Легкое беспокойство по поводу черного предвидения Тазара все еще присутствовало, но ощущение смертельной опасности отступило. Максимилиан больше не пытался ни увидеться с ней, ни что-то ей передать. Не шел на контакт и Векс. Возможности увидеться с Велмой или Андроидасом не было. В глубине души Ксарта чувствовала себя несчастной: из-за того, что она наконец-то пошла навстречу своей демонической природе, от нее отвернулись друзья. С другой стороны, в банде демонхост была на своем месте.

Она смогла недолго поговорить с Гвиларом – единственным, кто хоть как-то интересовался ею после переезда. Он рассказал, что Макс был в бешенстве после того, как Ксарта высказалась в защиту Тазара. Демонхост в подробностях изложила боевому брату все, что видела в голове командира: и про юношу с печальным взглядом, и про предыдущего лидера, и про черное предвидение. Гвилар ничего не сказал, но ушел весьма озадаченный.

Ей было все равно, что где-то на нижних палубах может бродить, или лежать в спячке, ожидая лучших времен, обезумевшее чудовище. Ей даже стало наплевать, что будет с ее друзьями, если они решат покинуть «Фауст» без нее. Макс достаточно умен и расторопен, чтобы не дать своей команде пропасть. Они и без нее неплохо выживут.

Астартес – уже не люди. А Тазар был еще и необычным Астартес. Ксарта начала подозревать, что он полукровка, и то ли не знает правды о своем происхождении, то ли тщательно ее скрывает. Он отличался и от других космодесантников, и от человеческих мужчин. Температура тела его была выше человеческой, телесный запах – другим. Не лучше и не хуже, просто другой. После близости с Ксартой Тазар не ощущал ничего, кроме приятной усталости, сонливости и умиротворения. В отличие от Дитриха, рисковавшего жизнью каждый раз. Выносливость и неутомимость вкупе с ненасытностью отодвигали на задний план все сложности с разницей в росте и чувствительными нейропортами. Рядом с Тазаром, в его крепких, похожих на гидравлический пресс объятиях, Ксарта ощущала себя маленькой и слабой, совсем крошечной и беззащитной. В этом была своя прелесть. И она не знала, что будет, когда им придется расстаться. А рано или поздно это случится.

Сам Тазар считал, что серьезно взялся за себя и свое здоровье. На самом же деле за него взялась Ксарта. Для начала она громко и эмоционально выразила неудовольствие по поводу ванны раз в месяц, так как сама привыкла мыться каждый день, еще и в теплой воде. Беспощадный попытался возразить, но упрямая бестия обозвала его грязным хаоситским бомжом и отказалась ему отдаваться, пока он хотя бы не примет душ с мылом. Прикинув, что обойдется меньшей кровью: один раз дать пинков еретехам или постоянно получать их же от Ксарты, Тазар решил, что предоставит ей возможность мыться каждый день. После этого еретехи починили еще один водонагреватель. Горячая вода хоть и осталась командирской привилегией, но теперь стала доступна постоянно.

Решив проблему с водой, Тазар столкнулся с проблемами со сном и приемами пищи. На развлечения с Ксартой уходили силы и время, и она мягко намекнула, что капитаны на корабле не для мебели, спать надо полных четыре часа, а есть – минимум дважды в день. И он раздал часть своих обязанностей капитанам, объяснив это тем, что в случае его внезапной гибели они должны удержать налаженный его усилиями порядок. Назначил Валиса заведовать третьим, а Гриффа – вторым складом. На Тарна переложил ответственность за оружейную и первый склад. Общение со смертным экипажем и управление крейсером остались Боргофу. Себе Беспощадный оставил только ведение тренировок.

Ксарта в надцатый раз рассматривала спящего Тазара. Ей опять не спалось, и она сидела на кровати рядом. Последнее время она вообще плохо спала. Конкретно сегодня ее беспокоила возможность того, что Тазар узнает о том, что она разделась для Валиса. Рано или поздно эмоциональный и несдержанный капитан похвастается ему своей работой, и тогда останется только молиться, чтобы командир был в хорошем настроении.

Если приглядеться, Тазар даже в своем нынешнем состоянии был вполне симпатичным. Не сногсшибательный красавец вроде Гвилара или Валиса, не идеально пропорциональный и внешне безупречный, как Мэдлор, но и не детина-дубина с сельской рожей типа Боргофа. В нем можно было увидеть своеобразную, необычную и дикую, бандитскую красоту, если как следует присмотреться.

«Определенно, полукровка», - Ксарта опять смотрела на покоящуюся на подушке ладонь Тазара, - «и второй папка, скорее всего, Корвус Коракс».