Как по книге [ЛП]

МЫ С АДАМОМ познакомились на уроке английского. Я была первокурсницей, застенчивой, книжной девушкой из Флориды, которая никогда раньше не уезжала из дома и считала северо-восток практически чужой страной. В старших классах я была редактором литературного журнала, членом команды по плаванию и концертмейстером местного оркестра. В Принстоне я стала никем. Я попробовала себя в студенческом литературном обществе и была отвергнута. Для команды по плаванию я плыла слишком медленно. И, пока я успешно прослушивалась в оркестр колледжа, дирижер спросил, могу ли я переключиться со скрипки на альт, так как им не хватало людей в этой секции.

Единственное, чего я с нетерпением ждала, — занятия по английскому языку. Я уже прочитала половину книг по программе и поклонялась профессору, по имени доктор Эллен Рассел, чья первая книга — обширное исследование женщин-писательниц девятнадцатого века — считалась знаковым произведением феминистской литературной критики. «Это доктор Рассел», — шептали люди, увидев ее идущей через кампус.

Это была грузная женщина лет шестидесяти, склонная изо дня в день носить один и тот же наряд (она любила один костюм цвета баклажана), ее седые волосы были собраны в невзрачный пучок. Люди говорили, что она когда-то была замужем и даже имела взрослого сына, живущего где-то в Техасе, но никто больше ничего не знал о ее личной жизни. «Генерал Рассел», — называли ее аспиранты.

В тот день мы изучали «Волшебницу Шалот».

Доктор Рассел подошла к темноволосому парню, сидевшему в углу.

— Адам, ты не мог бы прочитать нам стихотворение? — спросила она.

Я никогда раньше не обращала особого внимания на Адама, потому что он редко говорил в классе и держался особняком, приходя как раз в начале занятия и сразу же уходя после его завершения. Но в тот день я отчетливо слышала глубокий голос Адама, доносящийся через всю комнату, когда Адам читал эти строки: