Мы — военные

— Хорошего же вы мнения обо мне, товарищ майор! — в шутку рассердилась Тамара.

Словно не расслышав ее слов, майор продолжал перечислять неудобства жизни в крошечном военном городке — и скучно здесь, в особенности молодежи, и квартиры не ахти какие, и песок во время еды на зубах хрустит…

Жизнь в Малых Сосенках командир роты обрисовал в самых мрачных красках. Алексею было ясно, что он испытывает не столько Тамару, сколько его самого. Он понял, что о главных трудностях — трудностях, связанных со службой, командир роты хотя и не упоминает в присутствии женщины, но подразумевает их.

— Напрасно вы, товарищ майор, пугаете мою жену, — сказал Алексей, — она не робкого десятка. Член партии она.

— Член партии? — живо переспросил майор. — Это несколько меняет положение вещей. Надеюсь, что вы, Тамара Павловна, возглавите тут нашу женскую команду, а?

— Вы переоцениваете мои способности, — запротестовала Тамара.

— Значит, робеете?

— Конечно робею. Вы таких страстей наговорили, что я, должно быть, сразу отсюда сбегу.

— Сбежала одна… Приехала, хвостом повертела и сбежала. Ну что ж, насильно не держим. Только я не пугаю, Тамара Павловна. Все это, как говорится, объективная реальность. — Майор снова озорно подмигнул Алексею. — Впрочем, я зря агитирую — муженек у вас политработник и провал, очевидно, соответствующую разъяснительную работу. Провел, старший лейтенант?

— Женщинам трудно разъяснять, — сказал Алексей.

Он взял со стола удостоверение личности, которое предъявлял майору вместе с предписанием, положил его в карман гимнастерки. Неторопливо застегнув карман, разгладил ладонью завернувшийся уголок клапана. В его несколько медлительных движениях чувствовалась спокойная уверенность, привычка делать все основательно, не с кондачка. Это понравилось майору.

— Вы, други милые, не верьте всему, что я наговорил. У нас не так уж плохо. Вот обживетесь — сами увидите. На Курилах люди живут и вполне довольны — край-то один, советский… А тут, можно сказать, дача. Колхоз рядом, до узловой станции рукой подать. И народ у нас хороший.

— Если народ хороший, работать легче, — заметил Алексей.

Майор Лыков нервно прихлопнул крышку чернильницы, шумно вздохнул.

— Не все, старший лейтенант, хорошие, в том-то и дело, что не все!..

— Трудные солдаты есть?

— Что солдаты!.. Офицеры есть трудные. Ты к нему и с той стороны, и с другой — и никак, скажи на милость, не подойдешь. Познакомитесь и с такими…

Прищурясь, майор некоторое время задумчиво смотрел в одну точку. И вдруг встрепенулся:

— Ну ладно, други мои, соловья баснями не кормят. О делах служебных, старший лейтенант, мы подробно будем толковать потом. А сейчас вам надо с дороги отдохнуть, затем потихоньку устраиваться. У вас что же: все богатство в этих двух чемоданах?

— Нет, кое-что осталось в Солнечном, камере хранения, — ответил Алексей, потирая на широком лбу красную полоску — след от фуражки.