Учитель и ученик [litres]

Хотя, конечно, сам мажордом был слишком умен, чтобы заявлять об этом вслух.

Оби-Вана отпустили в обмен на свободу Ванбо, и наоборот. Для Турибла единственным способом сохранить лицо было сделать вид, будто нападение вышло спонтанным. И пока гости не убрались с планеты, стоило благоразумно ему подыграть.

Но если Турибл полагал, что обставил Квай-Гона, то он очень сильно ошибался.

– В очередной раз приношу извинения за это ужасное недоразумение, – ровным тоном проговорил мажордом. Он продолжал мерить шагами комнату, и полы его длинного темно-оранжевого кафтана проносились над самым паркетом, раз за разом открывая босые ноги. – Будьте уверены, охранников примерно накажут – хотя и оставят в живых из уважения к обычаям джедаев.

– Рад это слышать. – Квай-Гон сделал еще глоток и добавил: – Это досадное недоразумение не должно омрачать нашего путешествия.

Турибл с улыбкой поклонился, черные кудри упали на лицо:

– Вы само великодушие.

– Так говорят, – сухо отозвался Квай-Гон. – Меня также весьма интересует, что именно происходит с сельхозпродукцией, которая поставляется по Трайлесскому торговому пути. Тем более что реестры поставок в близлежащих системах, похоже… весьма неточны.

Этот неожиданный переход в наступление не смутил Турибла:

– Нам и самим интересно. Так много кораблей исчезло неведомо куда, и так внезапно… Уверен, Республику это тревожит.

– «Тревожит», пожалуй, слишком сильное слово. Но эти перебои нарушают ход вещей, и в конце концов Республика примет все необходимые меры, чтобы защитить поставки.

Турибл снова наклонил голову, но в его ответе уже не чувствовалось угодливых ноток:

– Приятно слышать, что Республика так хорошо защищает своих многочисленных граждан.

Конечно же, Квай-Гон знал, что хатты захватывают корабли, забирают грузы и продают продовольствие голодающим независимым планетам Внешнего кольца. И Турибл знал, что Квай-Гон знает. Но коль скоро Квай-Гон мог заставить хаттов это прекратить – по крайней мере, на какое-то время, – в прямой конфронтации смысла не было. Она могла вылиться только в кровопролитие, по итогам которого Республика предстала бы сильной и победоносной. Хатты на несколько месяцев погрузились бы в хаос внутривидовой борьбы, по итогам которой на вершину выдвинулись бы новые криминальные авторитеты, ведущие себя точно так же.

– Порой складывается такое чувство, – пробормотал Квай-Гон, – что в нашей Галактике никогда ничего не меняется.

Турибл выпрямился, не зная, как реагировать на эту перемену темы разговора. Сложив руки на груди, он нахмурил темные брови: