В плену у фейри [ЛП]

Я вставила стрелу в лук, Скуврель поднял клетку, чтобы посмотреть на меня, и я выстрелила. Я почти попала по его глазу. Тряска мешала целиться.

— Твои стрелы не помогут, когда ты размером с кружку пива, — нагло сказал он, его губы насмешливо изогнулись. — Но я аплодирую за попытку.

Он убрал стрелу с лица и бросил ее в меня. Капелька крови появилась у его глаза — этого было мало, чтобы даже захотеть это смахнуть.

Я недовольно подняла стрелу, вытерла ее об грязный платок, лежащий на полу клетки, а потом вернула ее и лук в колчан. Мне нужен был другой способ биться. Мои стрелы тут не помогали.

Я потянулась к повязке. Я видела единорога. Что могло быть хуже?

— Я намного хуже, — выдохнул Скуврель, все еще держа клетку так, чтобы я видела только его глаза. Я сжала лук и одну из стрел, попыталась вложить стрелу.

Он рассмеялся и вытянул руку с клеткой, заняв благородную позу, словно бросал мне вызов. Я грубо проехала по полу, по крови единорога и грязи, и врезалась в прутья на другой стороне. Я вытерла ладони о штаны и снова встала. Он не увидит, как я дрожу от страха.

— Как единорог может истекать кровью без плоти? — спросила я. Мой голос охрип.

— А как хоть кто-то из нас истекает кровью? — насмешливо спросил Скуврель. — Как мы умираем? Тебе нужно многое узнать, Кошмарик.

Это очень помогло.

Я убрала лук и стрелу в колчан, взяла себя в руки и потянулась к повязке.

— Как насчет сделки? — проурчал Скуврель. Его темные глаза сверкали серебром в свете Фейвальда. — Заключи со мной сделку, Маленькая охотница. Тебе не нужно смотреть на Фейвальд через повязку, но тебе нужно кое-что другое. Чистые вещи, возможно? Еще поцелуй? Тебе понравилось в прошлый раз.

— Ты не хочешь, чтобы я видела тебя настоящего в Фейвальде, да? — спросила я, уперев свободную руку в бедро, чтобы яростно смотреть на него.

Настоящий он в моем мире был хищным и похожим на лиса, а не красавцем, каким его делал морок. Как он мог быть еще хуже тут?

Он рассмеялся.

— Скажем так, я хочу сохранить тайны. Ты купишь те только по большой цене.

Дрожь радости пробежала по мне от его смеха. Я не сдержалась. Я хотела знать обо всех его тайнах.

Но, если я не видела этот мир четко, у меня не было шанса отыскать путь туда, где страдал мой отец, прибитый к дереву. Никакие тайны или сделки, заманчивые предложения не могли отвлечь меня от того, зачем я была тут.

Я была тут не ради власти или тайн, не ради радости, и даже не для того, чтобы утолить любопытство. Я была тут ради отца. Я не могла это забыть.

— Тогда тебе стоит бояться, — сказала я. — Потому что я люблю убивать тайны.

Я подняла повязку раньше, чем он мог меня остановить.

Я не была готова.

Но я не закричала, хотя подавленный крик терзал мой разум, как пила.

Скуврель не выглядел как смертный. Он даже не выглядел как фейри. Он выглядел как что-то, выбравшееся из глубин ада.