Купленная. Бонус-эпилог

Я все еще слышу звуки и голоса и что-то продолжаю чувствовать. Кажется, меня куда-то несут или тащат. Пытаюсь разомкнуть глаза, но ни хрена не вижу и не разбираю, кроме смутно знакомых фрагментов одного из коридоров родительского дома. Знакомых, потому что помню, как ребенком любил прятаться в этих монументальных нишах, представляя себя предводителем эльфийских кланов из Властелина Колец. Тогда на наш Ривенделл напало полчище орков, и я отважно выводил по тайным ходам и "подземным" лабиринтам женщин и детей. Да, на задний двор Одонатум-а к гаражам, через служебные коридоры и помещения для прислуги.

Более или менее пришел в себя уже в пассажирском салоне какого-то авто с затемненными окнами. Взгляд не сразу, но в конечном счете наткнулся на смутно знакомое лицо какого-то молодчика в черном костюме от Армани. Тот сидел в противоположном от заднего "дивана" кресле в позе боевого пса, готового в любой момент сорваться с места в смертельном прыжке, и не сводил с меня напряженных глаз.

"Что за… Где я?" — на приемную чистилища окружающая обстановка мало чем походила. Да и не верил я в жизнь после смерти. Иначе какой был смысл во всем устроенном мною плане "побега"? Через рай и ад я уже прошел. Мне просто хотелось стать частью полного забвения — долгожданной пустоты и абсолютного ничто, где ничего нет, не было и никогда не будет — ни чувств, ни воспоминаний, ни тебя, ни меня…

"В машине, Кирилл Глебович. Небольшой переезд туда, где вас не станут сейчас искать. Что-то сказать еще по этому поводу не могу. Выполняем распоряжения Мальцева и знаем не больше вашего."

Кажется, меня не просто до этого придушили, не удивлюсь, если еще и чем-то обкололи. Поскольку найти сил просто отодрать затылок от сиденья дивана и попытаться хоть немного приподняться у меня никак не выходило. А встать хотелось, не передать словами, как сильно. И не только встать, но и устроить здесь далеко немаленький Армагеддон. Или, на крайний случай, дотянуться до ближайшей дверцы и выпрыгнуть из авто прямо на ходу. Приспичило же когда-то случаю свести этого гребаного Мальцева со Стрельниковым-старшим.

"Сделай мне одолжение… кто бы ты там ни был… Я не Кирилл Глебович — ни для тебя, ни для кого-либо еще. Больше никогда меня так не называй." — голос свой я тоже не узнавал, но хотя бы связывал слова в цельные фразы, не лишенные смысла. А вообще, желание сдохнуть только усилилось, как и желание разнести эту сраную машину ко всем херам собачьим. Они не имели никаких прав делать этого со мной. Куда-то сейчас увозить против моей воли и в особенности оставлять в живых. Неужели они думают, что я больше не стану делать попыток? Тем более в моем обдолбанном состоянии, когда с их же услужливой подачи с меня сняли все страхи и большую часть чувств. Да, физических сил тоже лишили, но ведь это ненадолго.