Дипломатия и разведка. «Афганское досье», 1939–1945 гг.
- Автор: Булатов Юрий Алексеевич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Прометей
- ISBN: 978-5-00172-204-5
- Жанр: Военные
Электронная книга - «Дипломатия и разведка. «Афганское досье», 1939–1945 гг.». Краткое содержание книги:
Архивные материалы МИД РФ и рассекреченные документы внешней разведки РФ, многие из которых впервые вводятся в научный оборот, позволили определить проведенное исследование как документальную повесть-хронику афганских событий 1939–1945 гг.
Книга предназначена для специалистов-международников и востоковедов, а также для широкого круга читателей, интересующихся вопросами истории советской внешней политики, дипломатической службы и внешней разведки СССР.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
После очередного нарушения немецкими самолетами советско-афганской границы полпред СССР в Афганистане К. А. Михайлов 21 сентября 1938 г. встретился с министром иностранных дел Афганистана Файз Мухаммед-ханом и напомнил ему, что в одной из недавних бесед афганский министр заявлял советской стороне следующее: «Если вы найдете в полетах немцев над Афганистаном, в их работе по исследованию афганских ископаемых что-либо антисоветское, заявляйте нам, и мы выбросим с нашей территории немцев, закроем авиалинию, ликвидируем договор о добыче ископаемых»[11]. Советский посол также указал, что последние события являются конкретным фактом нарушения немцами своих прямых обязанностей перед независимым и дружественным СССР Афганистаном. «Сможет ли правительство суверенного Афганистана молча отнестись к такого рода поступкам немцев?.. — задавал вопрос полпред СССР и далее продолжал: — Немцы пытаются, наверное, объяснить свой злонамеренный полет на север Афганистана тем, что они сбились якобы с пути, но этот аргумент явно лживый, ибо нельзя сбиться с пути, летя из Герата в Кабул, поскольку по левую руку у вас всегда будет такой прекрасный ориентир, каким являются горы Гиндукуша. Нельзя „по ошибке“ залететь вместо Кабула в Андхой»[12].
Следует также отметить, что в своих заявлениях о недопустимости подобной деятельности немцев на территории Афганистана советское посольство руководствовалось в первую очередь 2-й статьей Договора о нейтралитете и взаимном ненападении, заключенным между СССР и Афганистаном в 1931 г. В этом документе, в частности, отмечалось: «…Если линия поведения третьей державы или третьих держав по отношению к одной из договаривающихся сторон будет носить враждебный характер, другая договаривающаяся сторона обязуется не только не поддерживать такую линию поведения, но обязана на своей территории противодействовать ей и вытекающим из нее враждебным действиям и начинаниям»[13].
Полпредство СССР в Афганистане внимательно отслеживало информацию о расширении контактов и связей афганской стороны с фашистской Германией и выражало крайнюю озабоченность по поводу происков держав Оси Рим — Берлин — Токио в полосе советско-афганской границы. Советский посол в Кабуле на этот счет неоднократно делал представления в адрес Министерства иностранных дел Афганистана по поводу антисоветской деятельности японцев в стране пребывания, о немецко-фашистской пропаганде в Кабуле и т. д.[14]
Советские ноты протеста в конечном итоге возымели свое действие. В мае 1938 г. в результате длительных переговоров посла СССР в Кабуле К. А. Михайлова с афганским премьер-министром М. Хашим-ханом и министром иностранных дел Файз Мухаммед-ханом было достигнуто устное «джентльменское» соглашение. Согласно договоренности, афганское правительство выражало готовность взять на себя следующие обязательства:
1) немцам разрешалась организация авиалинии Тегеран — Кабул, но было отказано от продолжения этой линии через северный Афганистан и афганский Вахан в Китай;
2) афганцами устанавливалась тридцатикилометровая пограничная полоса, не доступная иностранцам вообще;
3) афганцы брали на себя обязательство не допускать японских подданных на север Афганистана за исключением японского посланника;
4) странам, ведущим борьбу против СССР, запрещалось открывать консульства в Северном Афганистане, а их гражданам совершать туда туристические поездки[15].
Весной 1939 г. афганская сторона попыталась отыграть назад и скорректировать устные договоренности «джентльменского» соглашения. Афганское правительство предложило сделать следующие уточнения:
1) в тридцатикилометровой пограничной зоне иностранцам запрещалось предоставление концессий, но туда могут выезжать иностранцы;
2) афганцы брали на себя обязательство не допускать японских подданных на север Афганистана за исключением японского посланника и специалистов, принятых на афганскую службу;
3) пункт о запрещении открытия на севере Афганистана консульств враждебных СССР государств конкретизировали перечнем стран: Германия, Япония и Италия[16].
Эти уточнения «джентльменского» соглашения, предложенные афганской стороной, были решительно отвергнуты НКИД СССР.
11
Из беседы! полномочного представителя СССР в Афганистане с министром иностранных дел Афганистана Файз Мухаммед-ханом от 21 сентября 1938 г. // ДВП. М., 1977. Т. XXI. С. 511.
12
Там же.
13
Договор о нейтралитете и взаимном ненападении между Союзом Советских Социалистических Республик и Афганистаном от 24 июня 1931 г. // ДВП. М., 1968. Т. XIV. С. 393.
14
Запись беседы полномочного представителя СССР в Афганистане К. А. Михайлова с министром иностранных дел Афганистана Али Мухаммед-ханом от 29 марта 1939 г. // ДВП. М.,1992. Т. XXII. Кн. 1. С. 240–241.
15
Наркому НКИД СССР Литвинову М. М. Справка к беседе с афганским послом 3 апреля 1939 г. АВП РФ. Фонд секретариата т. В. М. Молотова. 031–034 Аф., ф. 06, оп. 1, п. 5, д. 1, л. 10 — Записи бесед работников отдела с сотрудниками Афганского посольства в СССР.
16
Там же, л. 11.