О времени и о себе

А что до словесных миров, лучше всего, на мой взгляд, Нисману удаются ли́мерики — переводные и собственного производства, жанр редкий, по-настоящему знакомый лишь искушённому литератору. Неспроста Леонид Нафтульевич — будучи «воспитанником Маршака» (в юные годы он посещал кружок под руководством знаменитого писателя), а также человеком отважным, в котором талант и опыт серьёзного учёного, исследователя прекрасно уживаются с даром и навыками тамады, шталмейстера и церемонимейстера оказался причастным к «фракции малых и лёгких жанров» Содружества русскоязычных литераторов Германии СЛоГ. Фракция эта, специализирующаяся, в частности, на комических репризах, интермедиях, сатирических и иронических миниатюрах, долгие годы была едва ли не самой крупной и мощной, представленной такими аксакалами и профессионалами, как знаменитый комедиограф Борис Рацер, конферансье, автор песен, ревю и юморесок Александр Мерлин, сценарист, фельетонист, лауреат всесоюзного конкурса драматургов эстрады, основатель Содружества и его первый председатель Рудольф Ерёменко, второй председатель СЛоГа и мастер афористики Борис Замятин, один из авторов журнала «Крокодил» и клуба «ДС» «Литературной газеты» Исай Шпицер, наконец, Наталья Аринштейн и Александр Райзер.

Жизнь за границей привносит в родное слово новую акустику, огранку, огласку. А московские педагоги Я. В. Жураковская и М. Р. Камова в статье, посвящённой освоению языка и развитию речи, отметили, что даже стихотворная «шумиха», которую «в житейском обиходе считают простой забавой», хорошо известной «и детям, и взрослым», «оказывает неоценимую помощь…. в работе по развитию и коррекции речи…, в овладении детьми родным языком». Говорили же классики, есть многое на свете, друг Горацио, бывают странные сближения. Может быть поэтому доктор технических наук Леонид Нисман взял на себя смелость писать о трудностях, тайнах и тонкостях русского языка? Впрочем, не только русский язык с его «новоязом» и эмигрантскими кальками диаспоры, проанализированными секретарем СЛоГа Даниилом Бендицким во втором номере журнала «Крещатик» за 2021 год, требуют тщательного внимания и взыскательного обсуждения. На попадание в фокус, как всегда, напрашивается и литературный процесс. Недаром, другой Леонид — Клейн, филолог, преподаватель РАНХиГС, однажды подчеркнул, что «после окончания школы у нас нет инструментария, чтобы различать плохую и хорошую поэзию, нет навыка всматриваться в текст. Литература в школе, по сути, превращена в музей, где ничего нельзя трогать. В итоге ребёнок не умеет отличать шедевры от подделок». Это, возвращаясь к вопросу о задачах ликбеза и начале человека, мирах ребёнка. is Более дальнее следствие, результат описанного Клейном — с учётом групповщины и априорно малого числа критиков, редакторов, готовых оказывать шефскую помощь, внутренних цензоров и прочих шлюзов: безумное количество макулатуры, текстов сомнительного качества. Кое-кто умудряется продолжение к предсмертным строкам Маяковского сочинять, вполне романсовое, кто-то выдаёт за творения Пушкина, Пастернака и Бродского строчки совершенно других авторов, распространяя их через мессенджеры мобильной коммуникации: в качестве мемов по инфоповодам. Быть может, следующая книга профессора Нисмана, никогда не прибегающего к услугам литературных призраков и поденщиков, гострайтеров и negre litteraire, проникнутая присущей Леониду Нафтульевичу неуспокоенностью и теплотой, позволит читателю задуматься над такими трудностями и тонкостями литературного процесса, как художественная ценность и её отсутствие, поможет «найти десять отличий» между псевдоизяществом мелодраматических штампов, самоупоённых дидактических фраз в духе шаблонного мышления, вторичнотривиального версификаторства без «затей и парадоксов» и подлинными задачами изящной словесности? В ситуации низвергнутых авторитетов и «деклассированных» иерархий, тем более — в парадигме метамодерна, когда заявлен «фристайл» и никакие связи не противоречат друг другу, когда происходят неизбежные «перезагрузки» и некоторые «края» меняют свою былую «полярность», перестают быть маргинальными, подобная книга была бы весьма востребована и написать её дано не каждому.